- Автор темы
- #1
Утро в Weazel News началось с того, что Скандал Скагдал услышал смерть. Она доносилась с парковки — надрывный, металлический кашель двигателя, пытавшегося завестись четвёртую минуту. Свага не подходил к окну. Он и так знал, кто там умирает. Когда он всё же выглянул, картина оказалась до боли знакомой: три репортёрских седана, некогда белых, стояли враскорячку, как раненые птицы. У одного не хватало колпака, у другого бампер держался на синей изоленте, третий дымил так, словно подавал сигнал бедствия. Свага смотрел на это и чувствовал стыд.
Он вызвал Линду. Распоряжение было коротким: диагностика, подсчёт стоимости восстановления, оценка металлолома. К вечеру на столе должна лежать цена начала с нуля. К вечеру цифра лежала перед ним. Линда была педантична до жестокости: ремонт существующего автопарка приближался к стоимости трёх новых машин среднего класса, а седан Родригеса требовал в полтора раза больше своей рыночной цены. Скандал взял ручку и написал на отчёте резолюцию.
Следующие три дня он провёл как следователь по особо важным делам. Бюджеты за полгода были подняты, три нецелевых расхода найдены, подписка на корпоративные обеды отменена, канцелярия сокращена. Он лично переговорил с поставщиками бумаги, выторговав скидку. К концу третьего дня на отдельном счёте лежала сумма, которую нельзя было назвать роскошной. Но её можно было назвать достаточной.
На четвёртый день он уехал с работы в три часа дня. Линда не спрашивала куда. Она видела этот взгляд. Автоцентр на бульваре Капитал не был местом для тех, кто ищет шампанское и кожаные кресла. Здесь пахло резиной, выхлопными газами и быстрыми сделками. Человек в кожаном жилете, представившийся Артуром, встретил его с фамильярностью того, кто привык торговаться за каждую сотню. Скандал без предисловий обозначил задачу: четыре машины. Рабочие. Без пафоса, но с характером.
Они смотрели долго. Скандал забирался в салоны, стучал по пластику, заглядывал под капоты. Он не был экспертом, но у него был нюх на добротность. Две машины, которые Артур расхваливал как конфетки, были отбракованы: одна отдавала сыростью в ковролине, у другой странно стучала подвеска. Свага молчал. Артур уважительно кивал.
Первой машиной, на которую Свага твёрдо указал, был чёрный «Гэлливантер Баллер». Не новый, но ухоженный, с честным пробегом и спокойным, уверенным силуэтом. Предназначение ему было определено сразу: выезды в горячие точки. Вторым пошёл серебристый «Вотан Поллайт» — неказистый, почти уродливый, но с той особенной, неубиваемой простотой, которая превращает автомобиль в инструмент. Третьим стал «Декласс Эксэмплар». Здесь Скандал колебался дольше всего, но в его воображении уже возникла картина: он подъезжает на нём к мэрии, дверь открывается плавно, без скрипа. Машина для статуса.
А в самом дальнем углу площадки стоял он. «Энтерпрайз». Огромный, квадратный, неуклюжий, присыпанный пылью, никому не нужный. Скандал смотрел на него и видел передвижную студию, способную вести прямой эфир из любой точки штата. Артур почесал затылок, заметив, что этот зверь дорогой в обслуживании и жрёт как танк. Возражение было проигнорировано. Этот тоже взяли.
Торг длился ещё час. Свага не уступал, но и не перегибал. Он платил не за красоту, а за ресурс, и Артур это чувствовал. Когда цифра наконец замерла, корпоративная карта легла на стойку. Доставка была назначена на восемь утра. Уже развернувшись, Свага задержался на мгновение и без лишних слов обозначил своё имя и должность. Чтобы запомнили. Чтобы через год покупатели Артура просили такие же машины и слышали в ответ, кто задал эту моду.
На следующее утро четыре машины выстроились на парковке Weazel News ровной шеренгой. Сотрудники высыпали на крыльцо, операторы кружили вокруг автомобилей, механик открыл капот «Баллера» и одобрительно присвистнул. Свага стоял у окна, скрестив руки, и смотрел вниз. Линда вошла с докладом: машины приняты, брендирование начнётся со следующей недели. И вопрос, который повис в воздухе: что делать со старыми? Скандал молчал долго. Смотрел на новенький автопарк, а перед глазами стояли те, другие. Изуродованные, измученные, выжатые до капли. Они заслужили больше, чем свалка. Распоряжение было коротким: продать за сколько возьмут, вырученное направить в фонд премирования сотрудников.
Он сел в кресло, откинулся на спинку и закрыл глаза. Автопарк стоял под окнами, блестя свежей краской. Не кашлял, не чихал, не молил о пощаде. Ждал команды. Завтра они выедут в город. Через год появятся первые царапины, через два — первые вмятины. Они состарятся. Но это будет честная старость. Внизу завёлся двигатель. Ровно, уверенно, без надрыва. Впервые за долгое время этот звук не резал слух.
Он вызвал Линду. Распоряжение было коротким: диагностика, подсчёт стоимости восстановления, оценка металлолома. К вечеру на столе должна лежать цена начала с нуля. К вечеру цифра лежала перед ним. Линда была педантична до жестокости: ремонт существующего автопарка приближался к стоимости трёх новых машин среднего класса, а седан Родригеса требовал в полтора раза больше своей рыночной цены. Скандал взял ручку и написал на отчёте резолюцию.
Следующие три дня он провёл как следователь по особо важным делам. Бюджеты за полгода были подняты, три нецелевых расхода найдены, подписка на корпоративные обеды отменена, канцелярия сокращена. Он лично переговорил с поставщиками бумаги, выторговав скидку. К концу третьего дня на отдельном счёте лежала сумма, которую нельзя было назвать роскошной. Но её можно было назвать достаточной.
На четвёртый день он уехал с работы в три часа дня. Линда не спрашивала куда. Она видела этот взгляд. Автоцентр на бульваре Капитал не был местом для тех, кто ищет шампанское и кожаные кресла. Здесь пахло резиной, выхлопными газами и быстрыми сделками. Человек в кожаном жилете, представившийся Артуром, встретил его с фамильярностью того, кто привык торговаться за каждую сотню. Скандал без предисловий обозначил задачу: четыре машины. Рабочие. Без пафоса, но с характером.
Они смотрели долго. Скандал забирался в салоны, стучал по пластику, заглядывал под капоты. Он не был экспертом, но у него был нюх на добротность. Две машины, которые Артур расхваливал как конфетки, были отбракованы: одна отдавала сыростью в ковролине, у другой странно стучала подвеска. Свага молчал. Артур уважительно кивал.
Первой машиной, на которую Свага твёрдо указал, был чёрный «Гэлливантер Баллер». Не новый, но ухоженный, с честным пробегом и спокойным, уверенным силуэтом. Предназначение ему было определено сразу: выезды в горячие точки. Вторым пошёл серебристый «Вотан Поллайт» — неказистый, почти уродливый, но с той особенной, неубиваемой простотой, которая превращает автомобиль в инструмент. Третьим стал «Декласс Эксэмплар». Здесь Скандал колебался дольше всего, но в его воображении уже возникла картина: он подъезжает на нём к мэрии, дверь открывается плавно, без скрипа. Машина для статуса.
А в самом дальнем углу площадки стоял он. «Энтерпрайз». Огромный, квадратный, неуклюжий, присыпанный пылью, никому не нужный. Скандал смотрел на него и видел передвижную студию, способную вести прямой эфир из любой точки штата. Артур почесал затылок, заметив, что этот зверь дорогой в обслуживании и жрёт как танк. Возражение было проигнорировано. Этот тоже взяли.
Торг длился ещё час. Свага не уступал, но и не перегибал. Он платил не за красоту, а за ресурс, и Артур это чувствовал. Когда цифра наконец замерла, корпоративная карта легла на стойку. Доставка была назначена на восемь утра. Уже развернувшись, Свага задержался на мгновение и без лишних слов обозначил своё имя и должность. Чтобы запомнили. Чтобы через год покупатели Артура просили такие же машины и слышали в ответ, кто задал эту моду.
На следующее утро четыре машины выстроились на парковке Weazel News ровной шеренгой. Сотрудники высыпали на крыльцо, операторы кружили вокруг автомобилей, механик открыл капот «Баллера» и одобрительно присвистнул. Свага стоял у окна, скрестив руки, и смотрел вниз. Линда вошла с докладом: машины приняты, брендирование начнётся со следующей недели. И вопрос, который повис в воздухе: что делать со старыми? Скандал молчал долго. Смотрел на новенький автопарк, а перед глазами стояли те, другие. Изуродованные, измученные, выжатые до капли. Они заслужили больше, чем свалка. Распоряжение было коротким: продать за сколько возьмут, вырученное направить в фонд премирования сотрудников.
Он сел в кресло, откинулся на спинку и закрыл глаза. Автопарк стоял под окнами, блестя свежей краской. Не кашлял, не чихал, не молил о пощаде. Ждал команды. Завтра они выедут в город. Через год появятся первые царапины, через два — первые вмятины. Они состарятся. Но это будет честная старость. Внизу завёлся двигатель. Ровно, уверенно, без надрыва. Впервые за долгое время этот звук не резал слух.
| Название старого т/с | Номер т/с | Название нового т/с | Цена старого т/с | Цена нового т/с |
| Benefactor Shafter | NEWS10 | Benefactor S-series W223 | 400.000$ | 8.100.000$$ |
| Gallivanter Baller ST | NEWS9 | Dundreary Navigation | 810.000$ | 2.700.000$ |
| Gallivanter Baller ST | NEWS8 | Dundreary Navigation | 810.000$ | 2.700.000$ |
| Declasse Premier | NEWS11 | Benefactor G-series 63 W463 | 46.540$ | 4.500.000$ |
| Declasse Premier | NEWS6 | Benefactor G-series 63 W463 | 46.540$ | 4.500.000$ |
| Vapid Stanier | NEWS5 | Benefactor C-series 63S ASG W205 | 30.100$ | 4.000.000$ |
Расчеты:
Стоимость старого авто - 2 143 180$
Стоимость нового авто - 26 500 000$
С продажи старого авто: 2143180 * 0.6 = 1 285 908$
Доплата за новое авто: ( 26 500 000 - 1 285 908 ) * 0.2 = 5 042 818$
Список участников:
Weazel News - Scandal SwagaBunny
Weazel News - Vitali Bunny
Weazel News - Eva Bunny
Weazel News - Mikhail Bunny
Weazel News - Vovan Bunny
ИСХОДНИКИ
Стоимость старого авто - 2 143 180$
Стоимость нового авто - 26 500 000$
С продажи старого авто: 2143180 * 0.6 = 1 285 908$
Доплата за новое авто: ( 26 500 000 - 1 285 908 ) * 0.2 = 5 042 818$
Список участников:
Weazel News - Scandal SwagaBunny
Weazel News - Vitali Bunny
Weazel News - Eva Bunny
Weazel News - Mikhail Bunny
Weazel News - Vovan Bunny
ИСХОДНИКИ
Последнее редактирование:
