- Автор темы
- #1
Имя и фамилия: Andrea_Deutschlandez
возраст и дата рождения:21;02.04.2005
пол:мужской
цвет глаз:черный
цвет волос:пепельный
рост:190см
вес:67
телосложение:худощавое
ДЕТСТВО:
Андреа родился в латинской семьи в эмигрантов мексики в бедном районе. Отец(Мигель) был алкоголиком и игроманом — пропивал последние деньги, часто исчезал на дни, а когда возвращался, устраивал скандалы. Мать(Роззета), работая посудомойкой на полставки, с трудом сводила концы с концами — ей приходилось брать дополнительные подработки, оставляя детей одних. Андреа рано научился быть самостоятельным: ходил в магазин за продуктами, следил за младшей сестрой(Аврора), помогал матери по дому. Тяжёлое детство закалило его характер — он научился ценить честность, труд и надёжность, что позже легло в основу его профессиональной этики.
ЮНОСТЬ:
Андреа с трудом поступил в детскую школу — его умственные способности всё же заметили, несмотря на тяжёлое положение семьи. Но мысли о младшей сестре не давали ему покоя: она не обладала такой же тягой к знаниям и легко терялась в школьных задачах. Андреа понимал, что без его помощи им не выжить.
В восемь-девять лет он устроился работать почтальоном — разносил газеты и письма по району. Но работодатель постоянно обманывал его, обещая заплатить «завтра» или «в следующем месяце». Три месяца Андреа трудился впустую, а семья по-прежнему жила впроголодь.
Однажды, когда он устал и присел передохнуть на скамейке, к нему подошёл мужчина в жёлтой куртке. Он предложил простое задание: посчитать людей, выходящих из заброшенного мясокомбината. Андреа сразу заподозрил неладное — ему подсказывало что-то не ладное, что за такую простую работу не платят большие деньги. Но мысль о сестре, которая мечтала о новом платье, перевесила. Он согласился.
Мужчина протянул ему 50 долларов авансом — сумма, ошеломившая мальчика. Он пообещал ещё столько же после выполнения задания. Андреа принялся за дело, тщательно считая каждого выходящего с комбината. Когда он закончил (итог — 38 человек), то поспешил к моллу, где его ждал заказчик.
Жёлтый автомобиль подъехал почти сразу. Мужчина, улыбаясь, протянул вторую половину оплаты.И представился "Августом" Андреа, не веря своему счастью, забрал деньги. Это были первые честно заработанные доллары, которые он планировал потратить на сестру. Но в глубине души он понимал: этот случай — лишь верхушка айсберга опасного мира, куда его невольно затягивает нужда.
МОЛОДОСТЬ:
Андреа давно работал на разных мелких поручениях для Августа — то проследи за кем‑то, то передай записку, то посиди в машине и подожди. Платили немного, но эти деньги хоть как‑то помогали семье. Сестра не справлялась с обычной школой, и родители с трудом наскребли на платное обучение — это стоило дорого, а мать, и так измученная работой посудомойки, всё чаще хваталась за сердце. Каждый доллар был на счету.
Август знал, на что давить. Однажды он подошёл к Андреа после очередного задания и, понизив голос, протянул странный свёрток: «Занеси вот это по адресу. Всё просто. Получишь 800 долларов».
У Андреа внутри всё замерло. 800 долларов — это не просто деньги. Это значит, что сестре хватит на несколько месяцев учёбы, матери можно будет не брать лишнюю смену, а может, даже купить ей нормальные ботинки вместо тех, что уже промокали на каждом шагу. Но он сразу понял: это не документы и не посылка. В районе все знали, что прячется в таких свёртках.
Перед глазами встало лицо сестры — она так радовалась, когда её приняли на курсы, так хотела не отставать от других. А ещё он вспомнил, как мать тихо шептала ночью: «Только бы он не пошёл по кривой дорожке…»
Андреа понимал, что это не просто свёрток — скорее всего, наркотики. И всё же он кивнул. «Я сделаю, — проговорил он, стараясь не смотреть Августу в глаза. — Но это в последний раз». Август лишь хмыкнул и сунул ему деньги авансом — половину суммы. Андреа сжал купюры в кулаке, будто они жгли ладонь.
Он выполнил задание, стараясь не думать ни о содержимом свёртка, ни о том, что делает. Шагал по знакомым переулкам, но теперь они казались чужими, будто он сам стал здесь чужим. Вернувшись, он молча взял оставшиеся деньги и пошёл домой.
Мать сразу всё поняла. Она не стала кричать, не стала плакать — просто посмотрела на него так, что у Андреа внутри всё сжалось. «Не надо так, — тихо сказала она, не поднимая глаз. — Я лучше ещё одну смену возьму. Или две. Но пусть твои руки будут чистыми». Андреа хотел возразить, хотел сказать, что это ради них, ради сестры, но слова застряли в горле. Он видел, как тяжело ей даётся каждое слово, как дрожат её уставшие пальцы.
ВЗРОСЛАЯ ЖИЗНЬ:
К 21 году Андреа полностью погрузился в криминальный мир. Август, впечатлённый его преданностью и исполнительностью, сделал его своим приближённым, организовав целое посвящение в банду. На одной из закрытых встреч Андреа узнал шокирующую правду: Август был не просто мелкой сошкой, а заместителем самого El Padre — главного босса преступного синдиката.
Власть кружила голову, деньги текли рекой, но внутри Андреа что-то надломилось. Он видел, как страдают обычные люди из-за их сделок, как рушатся судьбы, как гибнут молодые ребята, считающие это крутым.
НЫНЕШНИЕ ВРЕМЯ:
Первая серьёзная перестрелка стала переломным моментом. Андреа получил ранение в плечо, чудом выжил. Лежа в больнице, он впервые задумался о том, во что ввязался. Но выход из банды означал смерть — Август не прощал предательства.
Когда он вернулся к работе, новое задание должно было стать последним. Нужно было перегнать машину с грузом через город. Но судьба распорядилась иначе: за углом переулка его поджидала вражеская банда. Они знали о его связи с Августом и жаждали мести.
Началась драка. Андреа достал нож, но численный перевес решил исход. Его избили, нанесли глубокие раны на лице, ударили по голове. После той ночи его жизнь изменилась навсегда: зрение стало подводить, на лице остались шрамы, которые пришлось скрывать под слоем макияжа.
В больнице, пока врачи боролись за его жизнь, он понял: это конец пути, который он выбрал. Но было уже поздно — организм запомнил эти травмы, а разум не мог забыть тот ужас.
Андреа выписался из больницы, но настоящим возвращением к жизни это назвать было нельзя. Каждый шаг отдавался тяжестью в висках, а любая попытка сосредоточиться оборачивалась вспышкой боли где-то за глазами. Даже простые вещи — прочитать надпись на коробке с деталями, удержать в руках гаечный ключ, разобрать схему — превращались в испытание. Врачи говорили, что зрение частично восстановится, но не скоро, а головные боли, скорее всего, станут его постоянными спутниками.
Август не отпустил его просто так. В банде не существовало слова «ушёл» — только «выкуплен» или «убран». И Август холодно обрисовал условия: хочешь выйти — заплати. Не деньгами, их у Андреа всё равно не осталось бы после больницы. Речь шла о долге, который можно погасить только делом.
Задание было простым на словах и смертельно опасным на деле: нужно было забрать груз у одной из мелких группировок на окраине города — тех, кто давно косился на территорию El Padre. «Это твоя цена, — сказал Август, глядя на Андреа так, будто перед ним уже стоял не человек, а тень. — Сделаешь — ты свободен. Не сделаешь… ну, ты знаешь, что бывает с теми, кто не платит».
Андреа кивнул. Он не чувствовал ни страха, ни злости — только усталость, тяжёлую, как мокрый бетон. В тот вечер он собрал старый рюкзак, положил туда самое необходимое и вышел из квартиры, не оглядываясь. На улице пахло дождём и гарью, и этот запах вдруг напомнил ему детство — когда мир был проще, а проблемы решались разговором с дядей Мигелем или парой часов работы в гараже.
Груз он забрал. Почти чудом: в переулке его ждали, но он успел среагировать, уйти от удара, выбить оружие, скользнуть в проход между домами, которого никто не знал, потому что когда-то он лазил там мальчишкой. Вернулся к Августу, бросил свёрток на стол и сказал только одно: «Я заплатил». Август долго смотрел на него, потом усмехнулся: «Ты упрямый. Это могло бы пригодиться». Но руку не протянул. И не приказал убрать. Андреа понял: он свободен.
Но свобода оказалась горькой. Голова раскалывалась, перед глазами плыли тёмные пятна, а каждый резкий звук заставлял вздрагивать. Он шёл по улицам, которые когда-то знал наизусть, и не узнавал их — они стали чужими, опасными, полными теней.
Он знал: прежней жизни не вернуть. Ни силы, ни скорости, ни уверенности, которая была до той ночи в переулке. Но теперь у него было кое‑что другое — право начать заново. Пусть медленно, пусть с болью, пусть с линзами, которые хоть немного возвращали ему чёткость мира.
И пусть прошлое тянуло назад, стуча в висках и напоминая о шрамах, Андреа решил: он больше не будет платить по чужим счетам. Теперь он будет работать на себя — и за каждый заработанный доллар отвечать только перед собой и теми, кто ему дорог.
ИТОГ:
Андреа хочет вершит правосудие но он не хочет больше вспоминать эти годы поэтому он носит грим и специальные линзы
возраст и дата рождения:21;02.04.2005
пол:мужской
цвет глаз:черный
цвет волос:пепельный
рост:190см
вес:67
телосложение:худощавое
ДЕТСТВО:
Андреа родился в латинской семьи в эмигрантов мексики в бедном районе. Отец(Мигель) был алкоголиком и игроманом — пропивал последние деньги, часто исчезал на дни, а когда возвращался, устраивал скандалы. Мать(Роззета), работая посудомойкой на полставки, с трудом сводила концы с концами — ей приходилось брать дополнительные подработки, оставляя детей одних. Андреа рано научился быть самостоятельным: ходил в магазин за продуктами, следил за младшей сестрой(Аврора), помогал матери по дому. Тяжёлое детство закалило его характер — он научился ценить честность, труд и надёжность, что позже легло в основу его профессиональной этики.
ЮНОСТЬ:
Андреа с трудом поступил в детскую школу — его умственные способности всё же заметили, несмотря на тяжёлое положение семьи. Но мысли о младшей сестре не давали ему покоя: она не обладала такой же тягой к знаниям и легко терялась в школьных задачах. Андреа понимал, что без его помощи им не выжить.
В восемь-девять лет он устроился работать почтальоном — разносил газеты и письма по району. Но работодатель постоянно обманывал его, обещая заплатить «завтра» или «в следующем месяце». Три месяца Андреа трудился впустую, а семья по-прежнему жила впроголодь.
Однажды, когда он устал и присел передохнуть на скамейке, к нему подошёл мужчина в жёлтой куртке. Он предложил простое задание: посчитать людей, выходящих из заброшенного мясокомбината. Андреа сразу заподозрил неладное — ему подсказывало что-то не ладное, что за такую простую работу не платят большие деньги. Но мысль о сестре, которая мечтала о новом платье, перевесила. Он согласился.
Мужчина протянул ему 50 долларов авансом — сумма, ошеломившая мальчика. Он пообещал ещё столько же после выполнения задания. Андреа принялся за дело, тщательно считая каждого выходящего с комбината. Когда он закончил (итог — 38 человек), то поспешил к моллу, где его ждал заказчик.
Жёлтый автомобиль подъехал почти сразу. Мужчина, улыбаясь, протянул вторую половину оплаты.И представился "Августом" Андреа, не веря своему счастью, забрал деньги. Это были первые честно заработанные доллары, которые он планировал потратить на сестру. Но в глубине души он понимал: этот случай — лишь верхушка айсберга опасного мира, куда его невольно затягивает нужда.
МОЛОДОСТЬ:
Андреа давно работал на разных мелких поручениях для Августа — то проследи за кем‑то, то передай записку, то посиди в машине и подожди. Платили немного, но эти деньги хоть как‑то помогали семье. Сестра не справлялась с обычной школой, и родители с трудом наскребли на платное обучение — это стоило дорого, а мать, и так измученная работой посудомойки, всё чаще хваталась за сердце. Каждый доллар был на счету.
Август знал, на что давить. Однажды он подошёл к Андреа после очередного задания и, понизив голос, протянул странный свёрток: «Занеси вот это по адресу. Всё просто. Получишь 800 долларов».
У Андреа внутри всё замерло. 800 долларов — это не просто деньги. Это значит, что сестре хватит на несколько месяцев учёбы, матери можно будет не брать лишнюю смену, а может, даже купить ей нормальные ботинки вместо тех, что уже промокали на каждом шагу. Но он сразу понял: это не документы и не посылка. В районе все знали, что прячется в таких свёртках.
Перед глазами встало лицо сестры — она так радовалась, когда её приняли на курсы, так хотела не отставать от других. А ещё он вспомнил, как мать тихо шептала ночью: «Только бы он не пошёл по кривой дорожке…»
Андреа понимал, что это не просто свёрток — скорее всего, наркотики. И всё же он кивнул. «Я сделаю, — проговорил он, стараясь не смотреть Августу в глаза. — Но это в последний раз». Август лишь хмыкнул и сунул ему деньги авансом — половину суммы. Андреа сжал купюры в кулаке, будто они жгли ладонь.
Он выполнил задание, стараясь не думать ни о содержимом свёртка, ни о том, что делает. Шагал по знакомым переулкам, но теперь они казались чужими, будто он сам стал здесь чужим. Вернувшись, он молча взял оставшиеся деньги и пошёл домой.
Мать сразу всё поняла. Она не стала кричать, не стала плакать — просто посмотрела на него так, что у Андреа внутри всё сжалось. «Не надо так, — тихо сказала она, не поднимая глаз. — Я лучше ещё одну смену возьму. Или две. Но пусть твои руки будут чистыми». Андреа хотел возразить, хотел сказать, что это ради них, ради сестры, но слова застряли в горле. Он видел, как тяжело ей даётся каждое слово, как дрожат её уставшие пальцы.
ВЗРОСЛАЯ ЖИЗНЬ:
К 21 году Андреа полностью погрузился в криминальный мир. Август, впечатлённый его преданностью и исполнительностью, сделал его своим приближённым, организовав целое посвящение в банду. На одной из закрытых встреч Андреа узнал шокирующую правду: Август был не просто мелкой сошкой, а заместителем самого El Padre — главного босса преступного синдиката.
Власть кружила голову, деньги текли рекой, но внутри Андреа что-то надломилось. Он видел, как страдают обычные люди из-за их сделок, как рушатся судьбы, как гибнут молодые ребята, считающие это крутым.
НЫНЕШНИЕ ВРЕМЯ:
Первая серьёзная перестрелка стала переломным моментом. Андреа получил ранение в плечо, чудом выжил. Лежа в больнице, он впервые задумался о том, во что ввязался. Но выход из банды означал смерть — Август не прощал предательства.
Когда он вернулся к работе, новое задание должно было стать последним. Нужно было перегнать машину с грузом через город. Но судьба распорядилась иначе: за углом переулка его поджидала вражеская банда. Они знали о его связи с Августом и жаждали мести.
Началась драка. Андреа достал нож, но численный перевес решил исход. Его избили, нанесли глубокие раны на лице, ударили по голове. После той ночи его жизнь изменилась навсегда: зрение стало подводить, на лице остались шрамы, которые пришлось скрывать под слоем макияжа.
В больнице, пока врачи боролись за его жизнь, он понял: это конец пути, который он выбрал. Но было уже поздно — организм запомнил эти травмы, а разум не мог забыть тот ужас.
Андреа выписался из больницы, но настоящим возвращением к жизни это назвать было нельзя. Каждый шаг отдавался тяжестью в висках, а любая попытка сосредоточиться оборачивалась вспышкой боли где-то за глазами. Даже простые вещи — прочитать надпись на коробке с деталями, удержать в руках гаечный ключ, разобрать схему — превращались в испытание. Врачи говорили, что зрение частично восстановится, но не скоро, а головные боли, скорее всего, станут его постоянными спутниками.
Август не отпустил его просто так. В банде не существовало слова «ушёл» — только «выкуплен» или «убран». И Август холодно обрисовал условия: хочешь выйти — заплати. Не деньгами, их у Андреа всё равно не осталось бы после больницы. Речь шла о долге, который можно погасить только делом.
Задание было простым на словах и смертельно опасным на деле: нужно было забрать груз у одной из мелких группировок на окраине города — тех, кто давно косился на территорию El Padre. «Это твоя цена, — сказал Август, глядя на Андреа так, будто перед ним уже стоял не человек, а тень. — Сделаешь — ты свободен. Не сделаешь… ну, ты знаешь, что бывает с теми, кто не платит».
Андреа кивнул. Он не чувствовал ни страха, ни злости — только усталость, тяжёлую, как мокрый бетон. В тот вечер он собрал старый рюкзак, положил туда самое необходимое и вышел из квартиры, не оглядываясь. На улице пахло дождём и гарью, и этот запах вдруг напомнил ему детство — когда мир был проще, а проблемы решались разговором с дядей Мигелем или парой часов работы в гараже.
Груз он забрал. Почти чудом: в переулке его ждали, но он успел среагировать, уйти от удара, выбить оружие, скользнуть в проход между домами, которого никто не знал, потому что когда-то он лазил там мальчишкой. Вернулся к Августу, бросил свёрток на стол и сказал только одно: «Я заплатил». Август долго смотрел на него, потом усмехнулся: «Ты упрямый. Это могло бы пригодиться». Но руку не протянул. И не приказал убрать. Андреа понял: он свободен.
Но свобода оказалась горькой. Голова раскалывалась, перед глазами плыли тёмные пятна, а каждый резкий звук заставлял вздрагивать. Он шёл по улицам, которые когда-то знал наизусть, и не узнавал их — они стали чужими, опасными, полными теней.
Он знал: прежней жизни не вернуть. Ни силы, ни скорости, ни уверенности, которая была до той ночи в переулке. Но теперь у него было кое‑что другое — право начать заново. Пусть медленно, пусть с болью, пусть с линзами, которые хоть немного возвращали ему чёткость мира.
И пусть прошлое тянуло назад, стуча в висках и напоминая о шрамах, Андреа решил: он больше не будет платить по чужим счетам. Теперь он будет работать на себя — и за каждый заработанный доллар отвечать только перед собой и теми, кто ему дорог.
ИТОГ:
Андреа хочет вершит правосудие но он не хочет больше вспоминать эти годы поэтому он носит грим и специальные линзы