SUPREME COURT
OF THE STATE SAN ANDREAS ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠSAN ANDREASﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠ ﾠ )
ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ)
ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠv.ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠ)
ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ)ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠCase №. DOJ-SK-CP-2283
ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ DAULET WATSONﾠﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠ ﾠ)
ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ)
ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ(Defendant)ﾠﾠ ﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ ﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠﾠ )
ВЕРДИКТ ПО ДЕЛУ
(мотивировочная часть) I. В Верховный суд штата Сан-Андреас поступило обвинительное заключение CASE№ DOJ-SK-CP-2283 по делу San Andreas v. Daulet Watson, подготовленное Офисом Генерального Прокурора по обращению Nikita White. Поводом для возбуждения дела послужили события, связанные с изданием и публикацией кадровых актов Губернатора штата Сан-Андреас Daulet Watson (н.п. 4396), а именно указов №370 и №373 «О кадровых корректировках», которыми был затронут служебный статус Nikita White, а именно его повторноe увольнения/снятии с должности Главы Администрации Губернатора. Согласно материалам Офиса Генерального Прокурора, при проверке указов были выявлены грубые нарушения требований к оформлению документов: в указах содержались некорректные даты, не соответствующие фактическому времени их издания/публикации, что ставило под сомнение юридическую силу актов и корректность их применения. Отдельно указывалось, что после отмены одного из спорных актов был опубликован новый акт, который повторил ключевую ошибку датировки. В рамках досудебного расследования Офис Генерального Прокурора также истребовал сведения и материалы по факту увольнения Nikita White, однако, по позиции стороны обвинения, необходимые доказательства и подтверждения оснований увольнения представлены не были, что повлияло на оценку правомерности кадровых решений. II. Дело рассмотрено судьей Vito Vays единолично. В судебном заседании участвовали: представитель штата - Kot Cartel; ответчик Daulet Watson и его защитники/представители юридической фирмы “Vuitton & Patva” - Vitaly Patva и Floyd Vuitton; потерпевший Nikita White и его представитель Vasgen Rewayse. Сторона государственного обвинения в лице представителя штата Kot Cartel заявила, что поддерживает обвинительное заключение по делу в полном объёме и просила признать Daulet Watson (н.п. 4396) виновным по ст. 21.5, 24.1, 16.12 УАК СА. Сторона защиты (представители юридической фирмы Vuitton & Patva) возражала против вменяемых обвинений и указала, что уведомление Daulet Watson о постановлении/истребовании доказательств направлялось через специализированный государственный канал связи «ЧП», однако спустя несколько часов после получения уведомления Daulet Watson, по утверждению защиты, утратил доступ к указанным каналам связи и, следовательно, не имел реальной возможности надлежащим образом ознакомиться с постановлением и исполнить изложенные в нём требования в установленный срок. В связи с этим защита оспаривает выводы о наличии состава преступления, предусмотренного ст. 16.12 УАК. Кроме того, сторона защиты оспаривала вменение ст. 21.5 УАК, указывая, что стороной обвинения не доказан факт конкретного нарушения норм трудового законодательства со стороны Daulet Watson. Дополнительно сторона защиты поставила под сомнение корректность и законность отдельного процессуального оформления постановлений Офиса Генерального Прокурора, указывая на спорный, по мнению защиты, способ использования государственной символики (герба/печати) в постановлении: символика размещена в малом размере и в угловой части документа, что, по доводам защиты, противоречит требованиям Главы XIII Конституции и может рассматриваться как надругательство над государственной символикой. При этом в ходе судебного процесса сторона защиты признала допущенную ошибку в части издания указов с некорректными датами. III. До перехода к оценке обстоятельств дела по существу суд даёт мотивированные разъяснения по заявлениям и ходатайствам, заявленным стороной защиты в ходе разбирательства. Ходатайство защитника Vitaly Patva о переносе судебного заседания отклонено, поскольку заявлено с нарушением установленного процессуального срока - менее чем за пять часов до назначенного времени заседания, при том что сторонам заранее разъяснялся порядок и сроки заявления письменных ходатайств. Вместе с тем суд дополнительно разъясняет, что само по себе нарушение срока не лишает суд права перенести заседание при наличии исключительных обстоятельств, однако в данном случае суд, оценив доводы стороны защиты и общие обстоятельства рассмотрения дела, пришёл к выводу, что оснований для переноса не имеется, и судебное заседание подлежит проведению в ранее назначенное время. Ходатайство стороны защиты о передаче дела по подсудности в Окружной суд было отклонено. Суд исходит из того, что предмет настоящего разбирательства связан с действиями лица, занимавшего высшую государственную должность (Губернатор штата), а также с последствиями, затрагивающими функционирование органов государственной власти и кадровые решения в отношении Главы Администрации Губернатора. С учётом характера спорных актов и их публично-правовой значимости суд признаёт дело общественно и государственно значимым, что обосновывает рассмотрение настоящего дела в Верховной судебной инстанции. Повторное ходатайство стороны защиты о переносе судебного заседания отклонено по тем же основаниям, поскольку оно заявлено вне установленного срока, фактически воспроизводит ранее изложенные доводы и не содержит новых обстоятельств, которые могли бы быть признаны судом исключительными и достаточными для переноса слушания. Отвод, заявленный стороной защиты по мотиву того, что суд, по мнению заявителя, ранее отклонял ходатайства без изложения мотивировочной части, был отклонeн. Суд разъясняет, что на досудебной стадии и при вынесении судебных распоряжений суд предоставляет разъяснения причин принятого решения. В рамках же судебного заседания суд осуществляет руководство процессом, обеспечивает порядок и непрерывность слушания и вправе, исходя из обстоятельств, определять процессуальный формат реакции на ходатайства (в том числе - давать разъяснения немедленно либо отразить их в последующем судебном акте). При этом отсутствие разъяснений в момент отклонения само по себе не подтверждает предвзятость и не свидетельствует о заинтересованности суда в исходе дела. Если сторона считает, что по отдельным процессуальным вопросам разъяснения были даны не в полном объeме, она вправе заявить соответствующие доводы и запросы, а мотивировка по таким вопросам подлежит отражению в мотивировочной части судебного акта, где суд даeт исчерпывающую оценку всем заявленным ходатайствам, протестам и отводам. Повторный отвод, заявленный стороной защиты по доводу о том, что предыдущее рассмотрение отвода было необъективным, был отклонeн. Суд разъясняет, что настоящее дело рассматривалось в составе одного судьи, в связи с чем вопросы отвода в пределах установленной процедуры подлежат разрешению тем же судьёй, осуществляющим правосудие по делу. Данный порядок обусловлен самим составом суда и не может трактоваться как нарушение объективности; доводы стороны защиты не содержат фактов, подтверждающих личную заинтересованность судьи либо иные обстоятельства, которые могли бы свидетельствовать о предвзятости. Исследовав материалы дела, суд устанавливает, что Указы Губернатора №370 и №373 были опубликованы как кадровые акты, затрагивающие служебный статус Nikita White, однако содержали датировку, не соответствующую фактическому времени их издания/публикации. Суд принимает во внимание положения Закона «О регулировании документации и системы служебной и государственной тайны», согласно которым документ должен иметь дату заполнения (выдачи). Ошибочная датировка в официальном кадровом акте не является формальностью: она искажает момент издания и вступления акта в действие, нарушает принципы определённости и достоверности документооборота, а потому относится к существенным нарушениям оформления. При этом суд учитывает, что допущенные нарушения в части оформления указов сами по себе не повлекли последствий, которые характеризуются как существенное нарушение прав и законных интересов в смысле более тяжких составов. В этой связи суд приходит к выводу, что действия Daulet Watson, выразившиеся в издании и публикации кадровых актов с грубыми нарушениями при оформлении, образуют состав правонарушения, предусмотренного ст. 24.1 УАК. Сторона защиты утверждала, что Daulet Watson был уведомлён о постановлении/истребовании доказательств через специализированный государственный канал связи «ЧП», однако затем утратил доступ к каналам и потому не имел возможности надлежащим образом ознакомиться с документами и исполнить требования. Суд оценивает данный довод в совокупности с установленной хронологией событий. Cуд обращает внимания на следующее:
- увольнение/снятие Nikita White было произведено 18.01.2026 в 23:22;
- в силу требований трудового законодательства работодатель обязан сохранять доказательства, послужившие основанием кадрового решения, в течение 96 часов с момента издания соответствующего решения, то есть ориентировочно до 22.01.2026 23:22;
- уведомление и требование об истребовании сведений было направлено Daulet Watson 19.01.2026 в 07:05 через «ЧП»;
- Судом установлено что доступ был утрачен 19.01.2026 в 13:45 и восстановлен 21.01.2026 в 17:39.
Даже принимая позицию защиты о временной утрате доступа, суд отмечает: после восстановления доступа 21.01.2026 у Daulet Watson сохранялся достаточный срок (более суток) для ознакомления с требованием и совершения действий по его исполнению, тем более с учетом того, что доказательства должны были находиться у Daulet Watson и подлежали хранению до 22.01.2026 23:22. Суд также учитывает, что материалы дела не содержат сведений о предпринятых Daulet Watson действиях, направленных на исполнение требования после восстановления доступа: отсутствуют подтверждения передачи доказательств, уведомления об объективной невозможности предоставить материалы, либо иные шаги, свидетельствующие о добросовестной попытке исполнить обязательный акт. Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что доводы защиты об утрате доступа к «ЧП» не исключают обязанности исполнить вступившее в силу требование и не опровергают факт неисполнения. Следовательно, в действиях Daulet Watson усматривается состав, предусмотренный ст. 16.12 УАК. Суд исходит из того, что по делам, связанным с кадровыми решениями, значимым является не только формальное издание указа, но и наличие надлежащих оснований, соблюдение процедуры, а также обеспеченность решения доказательственной базой. Судом установлено, что в рамках кадровых действий имели место нарушения, в том числе:
- издание актов с некорректной датировкой, что ставит под сомнение надлежащую форму документов;
- отсутствие представленных доказательств, подтверждающих основания увольнения, несмотря на истребование материалов;
- наличие расхождений в указании причин увольнения в кадровом аудите/документах, что препятствует потерпевшему в понимании оснований прекращения трудовых отношений.
Суд принимает во внимание судебный прецедент Dell Lovesize v. Bruce Shelby, согласно которому лицо, наделённое полномочиями применять дисциплинарные взыскания, обязано корректно фиксировать основания увольнения/взыскания в кадровом учёте, обеспечивая прозрачность причин и возможность проверки законности решения. Суд установил, что в кадровом учете/аудите, в качестве причины увольнения Nikita White указано ссылочное основание на Указ №374. Вместе с тем содержание указанного акта, не содержит упоминания Nikita White, не раскрывает обстоятельств и мотивов прекращения трудовых отношений с ним и не позволяет установить, какие именно факты послужили основанием кадрового решения в отношении потерпевшего. С учетом изложенного, а также принимая во внимание выявленные ранее нарушения оформления кадровых актов (некорректная датировка), отсутствие доказательственной базы, подтверждающей материальные основания увольнения, и несоответствия в кадровых документах, суд усматривает в действиях Daulet Watson нарушения норм трудового законодательства работодателем, что образует состав правонарушения, предусмотренного ст. 21.5 УАК. Суд рассмотрел ходатайство стороны защиты о даче толкования относительно того, каким образом должна использоваться государственная символика (герб/печать) в официальных актах государственных органов и должностных лиц в контексте требований Главы XIII Конституции. Суд исходит из следующего: Конституция закрепляет статус государственной символики, устанавливая обязанность уважительного и корректного использования таких символов в деятельности органов власти и должностных лиц. При этом из представленных суду норм не следует наличие технического стандарта, который бы прямо предписывал точный размер, место размещения, пропорции либо обязательную визуальную доминантность герба/печати на каждом конкретном документе. Следовательно, сам по себе факт размещения герба/символики в малом размере и в угловой зоне документа не образует автоматически нарушения требований Главы XIII Конституции, если символика присутствует, документ в целом поддается идентификации как официальный, а использование герба не носит искаженного, уничижительного или заведомо дискредитирующего характера. Вместе с тем суд отдельно разъясняет, что формальная допустимость такого размещения не означает, что подобная практика отвечает целям конституционного регулирования. Государственная символика выполняет не декоративную, а идентификационную и публично-правовую функцию: она должна обеспечивать ясное восприятие документа как акта публичной власти и подтверждать официальный характер волеизъявления органа/должностного лица. Размещение символики таким образом, что она фактически трудноразличима для обычного восприятия, противоречит смыслу этой функции. С учётом изложенного Верховный суд дает следующее толкование:
- государственная печать/герб в официальных актах должны размещаться в объективно различимом виде, то есть в таком размере и качестве, которые позволяют обычному восприятию идентифицировать символику и распознать её элементы как государственную;
- допускаются технические особенности оформления (например, умеренная прозрачность), если они не приводят к фактической неразличимости символики и не искажают её содержание;
- использование символики в виде, при котором герб/печать “формально присутствуют”, но фактически не читаются, может рассматриваться как надругательство над государственной символикой.
Далее суд дает оценку обстоятельствам, связанным с нарушением порядка в судебном заседании и вопросом прямого неуважения к суду. В ходе разбирательства судом фиксировались неоднократные действия со стороны Vitaly Patva, Floyd Vuitton выражавшиеся в репликах и поведении, выходящих за рамки установленного порядка: неоднократные перебивания, перемещения и действия без разрешения суда, а также демонстративная манера поведения в зале судебного заседания направленая на подрыв авторитета суда. Отдельно суд отмечает процессуальное поведение Floyd Vuitton, который в ходе слушания предпринимал действия, объективно приводившие к затягиванию процесса. С учётом характера зафиксированных реплик, демонстративных действий, а также поведения, объективно препятствующего нормальному ходу процесса, суд приходит к выводу, что указанные обстоятельства образуют прямое неуважение к суду и подлежат правовой оценке по ст. 16.3 УАК, что отражено в резолютивной части с назначением предусмотренных мер ответственности. Vito Vays, Judge.
DATE: 25.01.2026 |
