- Автор темы
- #1
╔════════════════════════════╗
Основная информация:
Имя, Фамилия - Azrael Sakir
Пол - Мужской
Возраст - 49 лет
Дата рождения - 01.06.1976
Внешние признаки:
Национальность - Американец
рост - 165 см
Цвет волос - седые
Цвет глаз - голубые
Телосложение - спортивное
Татуировки - по всему телу
╚═══════════════════════════╝
Родители:
╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗
╚═══════════════════════════╝
╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗
Отец — Arthur Sakir
Артур был человеком старой закалки, бывшим военным инженером, прошедшим несколько горячих точек. После службы он осел в Олбани, открыв небольшую мастерскую по ремонту техники. Именно от отца Азраиль унаследовал стальной характер и страсть к механизмам. Артур винил себя в пожаре до конца своих дней, считая, что не досмотрел за оборудованием в доме. Чтобы загладить вину, он проводил с сыном всё свободное время в гараже, обучая его чинить оружие и разбираться в баллистике. Он учил Азраиля, что мужчина — это не его лицо, а его поступки и навыки. Артур всегда говорил: «Если мир смотрит на тебя косо, дай им повод уважать твою силу, а не жалеть твою слабость».
Мать — Elena Sakir
Елена работала старшей медсестрой в местном госпитале и была полной противоположностью сурового отца. Она была тем самым «буфером», который смягчал удары судьбы. После трагедии Елена фактически стала личным лечащим врачом сына: она годами обрабатывала его раны, накладывала повязки и учила его не бояться собственного отражения в зеркале. Она была единственным человеком, перед которым Азраиль мог снять маску, не чувствуя стыда. Елена привила ему любовь к чтению и истории, стараясь отвлечь мальчика от депрессии. Её безграничное терпение и доброта помогли Азраилю не превратиться в озлобленного на весь мир изгоя.
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝Артур был человеком старой закалки, бывшим военным инженером, прошедшим несколько горячих точек. После службы он осел в Олбани, открыв небольшую мастерскую по ремонту техники. Именно от отца Азраиль унаследовал стальной характер и страсть к механизмам. Артур винил себя в пожаре до конца своих дней, считая, что не досмотрел за оборудованием в доме. Чтобы загладить вину, он проводил с сыном всё свободное время в гараже, обучая его чинить оружие и разбираться в баллистике. Он учил Азраиля, что мужчина — это не его лицо, а его поступки и навыки. Артур всегда говорил: «Если мир смотрит на тебя косо, дай им повод уважать твою силу, а не жалеть твою слабость».
Мать — Elena Sakir
Елена работала старшей медсестрой в местном госпитале и была полной противоположностью сурового отца. Она была тем самым «буфером», который смягчал удары судьбы. После трагедии Елена фактически стала личным лечащим врачом сына: она годами обрабатывала его раны, накладывала повязки и учила его не бояться собственного отражения в зеркале. Она была единственным человеком, перед которым Азраиль мог снять маску, не чувствуя стыда. Елена привила ему любовь к чтению и истории, стараясь отвлечь мальчика от депрессии. Её безграничное терпение и доброта помогли Азраилю не превратиться в озлобленного на весь мир изгоя.
╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗
Азраиль родился в семье, где дисциплина и порядок были на первом месте. Его детство прошло в пригороде, в небольшом, но уютном доме. Мальчик рос любознательным, часто пропадал в гараже у отца, разбирая старые механизмы. Однако жизнь Азраиля навсегда изменилась в возрасте семи лет, в 2003 году. В канун Рождества в их доме произошла утечка газа, приведшая к мощному взрыву и пожару. Маленький Азраиль оказался заблокирован в своей комнате. Пока отец пробивался сквозь огонь, чтобы спасти сына, раскаленные обломки конструкции упали прямо на лицо мальчика. Врачи совершили чудо, сохранив ему жизнь, но нижняя часть лица превратилась в сплошное месиво из ожогов и глубоких шрамов.
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗
Школьные годы стали для Азраила настоящим испытанием. Из-за внешности он стал объектом насмешек, что заставило его окончательно закрыться в себе. Он начал постоянно носить высокие воротники, шарфы, а позже и медицинские маски, стараясь спрятать изуродованную кожу. В старших классах он всё чаще заменял общение со сверстниками сидением в мастерской отца. Там он нашел свое истинное призвание — реставрацию старого оружия. Для него это было чем-то вроде медитации: возвращать к жизни сломанные вещи, когда ты сам чувствуешь себя «сломанным». Оружие стало для него символом безопасности и личного пространства
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝
╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗
После школы перед Азраилем стоял не простой выбор, либо медицина, либо служение. Одноклассники, которые когда-то дразнили его, разлетелись по престижным колледжам: кто-то в Гарвард на бизнес, кто-то в Массачусетский технологический на робототехнику. В конечном итоге Азраиль подал документы в единственное место Albany Medical College. Не потому что его баллов не хватало для поступления в Albany Medical College, а лишь потому что он хотел остаться рядом с домом. Медицинский колледж встретил Азраиля запахом дезинфекции и стерильной тишиной библиотек. Он думал, что здесь, среди будущих врачей, люди будут более терпимы к его внешности. Он ошибался.В первую же неделю сокурсница — рыжеволосая девица из богатой семьи — громко спросила на лекции по анатомии: «А этот в маске — он вообще лицо нам покажет или будет воровать препараты?» Группа засмеялась. Преподаватель кашлянул, но не сделал замечания. Азраиль промолчал. Он снял маску. На секунду. Ровно настолько, чтобы все увидели шрамы — бугристые, розовые, стянутые рубцами, которые спускались от скул к подбородку, превращая его рот в нечто асимметричное, почти зловещее. В аудитории воцарилась тишина. Рыжеволосая больше никогда не заговаривала с ним. Но настоящая учеба началась не в аудиториях. А в госпитале, где работала Елена. По вечерам, после занятий, Азраиль приходил в отделение неотложной помощи, где его мать уже 25 лет работала старшей медсестрой. Но настоящая школа началась не в аудиториях. А в госпитале, где работала Елена. Он не просил официального места волонтёра — он просто надевал перчатки и делал то, что другие не хотели.
— Помыть лежачего? Давай.
— Поменять катетер? Давай.
— Успокоить дедушку с деменцией, который кричит по ночам? Давай.
Елена не хвалила его. Она только бросала короткие фразы, каждая из которых стоила дороже любой похвалы:
— «Хороший захват иглы. Но пальцы расслабь — трясутся».
— «Пациент сказал, что у него болит живот. А ты посмотрел на его ступни? У диабетиков всегда проблемы с ногами. Начни оттуда».
— «Не бойся смотреть в глаза. Твои глаза — единственное, что осталось нетронутым. Используй их».
Однажды ночью в приёмное отделение привезли мальчика лет десяти с ожогами кипятком. Он кричал. Мать кричала громче. Врач растерялся, потому что ребёнок не давал притронуться к ранам.
Азраиль подошёл. Опустился на корточки. Снял маску.
Мальчик посмотрел на его лицо и замер.
— «Видишь это?» — тихо сказал Азраиль. — «Мне было семь лет. Я горел в огне. Мне было больнее, чем тебе сейчас. Но я жив. И сейчас я буду обрабатывать твои раны. Это будет больно. Но ты не будешь кричать. Потому что мы с тобой — ожоговые братья. Договорились?»
Мальчик кивнул. Азраиль взял пинцет и начал работать. Через пятнадцать минут повязки были наложены. Ребёнок не издал ни звука.
Мать мальчика плакала. Елена стояла в дверях, скрестив руки на груди. Она не улыбалась. Но в её глазах Азраиль увидел то, что искал всю жизнь. Одобрение.
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝— Помыть лежачего? Давай.
— Поменять катетер? Давай.
— Успокоить дедушку с деменцией, который кричит по ночам? Давай.
Елена не хвалила его. Она только бросала короткие фразы, каждая из которых стоила дороже любой похвалы:
— «Хороший захват иглы. Но пальцы расслабь — трясутся».
— «Пациент сказал, что у него болит живот. А ты посмотрел на его ступни? У диабетиков всегда проблемы с ногами. Начни оттуда».
— «Не бойся смотреть в глаза. Твои глаза — единственное, что осталось нетронутым. Используй их».
Однажды ночью в приёмное отделение привезли мальчика лет десяти с ожогами кипятком. Он кричал. Мать кричала громче. Врач растерялся, потому что ребёнок не давал притронуться к ранам.
Азраиль подошёл. Опустился на корточки. Снял маску.
Мальчик посмотрел на его лицо и замер.
— «Видишь это?» — тихо сказал Азраиль. — «Мне было семь лет. Я горел в огне. Мне было больнее, чем тебе сейчас. Но я жив. И сейчас я буду обрабатывать твои раны. Это будет больно. Но ты не будешь кричать. Потому что мы с тобой — ожоговые братья. Договорились?»
Мальчик кивнул. Азраиль взял пинцет и начал работать. Через пятнадцать минут повязки были наложены. Ребёнок не издал ни звука.
Мать мальчика плакала. Елена стояла в дверях, скрестив руки на груди. Она не улыбалась. Но в её глазах Азраиль увидел то, что искал всю жизнь. Одобрение.
╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗
Елизавета Бондарева училась на медсестру, чтобы помогать своей маме — последнему человеку на земле, которому она была нужна. Но, к сожалению, та скоропостижно скончалась сразу после окончания учебы Елизаветы. От потери смысла жизни Елизавета подалась в ЧВК медсестрой, и её отправили в Пальмиру.
Через пару дней из-за ранения Азраиля отправили «на гражданку». Там он снял комнату в новом доме и устроился в частную охранную компанию. И по воле судьбы Елизавета тоже покинула горячую точку и сняла комнату в том же доме. Они не ожидали встречи, и Азраиль первое время боялся её, так как стеснялся своей внешности.
Елизавета не сразу прониклась симпатией к Азраилю — до того момента, когда случайно увидела его без маски. Тогда она поняла, почему он её избегает, и решила во что бы то ни стало подружиться с ним. Она начала ходить за Азраилем «хвостиком», что его неимоверно бесило. Он пытался избегать её, но она будто была на пару шагов впереди и всегда знала, где его найти. В один момент они сильно поссорились из-за этого, и Елизавета решила отступить: стала холодна к Азраилю, начала игнорировать и избегать его. Азраиль осознал, что ему не хватает улыбчивой Елизаветы под боком, но боялся, что его отвергнут и он навсегда лишится её.
В одну бессонную ночь он услышал крики из её комнаты. Подумав о страшном, он ринулся к ней. Она открыла сонная и встревоженная. На вопрос, что случилось, ответила, что после Пальмиры у неё развился ПТСР. Азраиль решил остаться у неё, чтобы успокоить и поговорить. В ту ночь они многое обсудили и стали хорошими друзьями. Со временем дружба переросла во что-то серьёзное, и они начали встречаться.
Через год отношений Азраиль уже не видел себя без неё и решил сделать предложение. Он повез её в дорогой ресторан 71Above Restaurant and Sky Lounge, где и сделал предложение, на которое она незамедлительно ответила «да». После свадьбы он постепенно начал скупать редкие экземпляры винтовок и пистолетов, превращая свое хобби в полноценную коллекцию.
Психологическая травма детства так и не прошла — он физически не может находиться на людях без маски, закрывающей нижнюю часть лица, и только Елизавета знает, что скрывается под ней.
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝
╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗
Сегодня Азраиль Сакир — на работе человек-тень а дома заботливый муж и добрый отец. Он профессионально разбирается в вооружении, от старых револьверов до современных штурмовых винтовок. Его коллекция — это его гордость и единственное, что связывает его с памятью об отце. Он ведет скрытный образ жизни, предпочитая дела словам. Маска стала его «вторым лицом», неотъемлемой частью образа, без которой он чувствует себя уязвимым. Он верен своим принципам, ценит честность и всегда готов постоять за себя и за свою семью в лице Елизаветы и его любимой дочки.
╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝1. Azrael Sakir может носить маску, скрывающую шрамы на лице, в гос. структурах и общественных местах (исключение: Government) (обязательна пометка в мед. карте и одобрение лидера)
2. Возможность коллекционировать оружие
дс | autof
тг | albertUwU
тг | albertUwU