- Автор темы
- #1
Имя, фамилия:
Akuma Elementalez
Возраст и дата рождения:
35 лет, 08.05.1990
Личное фото:
Пол:
Мужской
Описание внешнего вида Вашего персонажа:
Рост - 185см,
Цвет волос - коричневый,
Цвет глаз - белый,
Телосложение - атлетичное,
Татуировки - Blackwork на шею, торс, руки, ноги, татуировка на губы, татуировка в виде поцелуя, полоска посередине лица, татуировка на лбу в виде креста из мечей.
Детство
Акума Елементалез родился 8 мая 1990 года в округе Ред штата Сан‑Андреас. Семья была небогатой, но дружной: отец трудился инженером на заводе электроники, мать работала сборщицей. Родители не просто обеспечивали быт — они вкладывали в детей главное: понимание, что труд и взаимовыручка важнее материальных благ.
С малых лет Акума тянулся к механизмам. Вместо того чтобы играть с игрушками, он разбирал их, пытаясь постичь внутреннюю логику. Родители не ругали за разобранные радиоуправляемые машинки — напротив, с интересом наблюдали, как сын сосредоточенно возится с деталями, пытаясь вернуть сломанной вещи жизнь.
В 7 лет всё изменилось. Врачи вынесли неутешительный диагноз — дистрофия роговицы, или болезнь бельмо. Белёсые пятна на глазах мгновенно сделали его мишенью для насмешек. В школе его обзывали, избегали, порой толкали в коридорах. Но дома его всегда ждали с любовью. «Ты сильнее, чем думаешь», — повторяла мать, обнимая после очередного тяжёлого дня. Отец, не тратя лишних слов, записал его в секцию карате. Там Акума осознал: сила — не в агрессии, а в умении держать удар и не ломаться под грузом обстоятельств. Тренировки стали для него школой жизни, где он освоил дисциплину и самоконтроль.
Юность
В 13 лет, осознавая свою уязвимость, Акума начал экспериментировать с макияжем, создавая тени вокруг своих белых глаз. Эти тени служили не только маскировкой, но и способом выразить свои эмоции и чувства. Они становились продолжением его личности, отражением его внутренней борьбы между желанием защитить близких и страхом перед собственной слабостью.
После этого, в средних классах Акума неожиданно стал тем, к кому обращались за советом. Не лидером-забиякой, а человеком, способным найти выход из любой ситуации. Его страсть к технике нашла применение в школьной команде робототехники. Вечерами он с друзьями корпел над схемами, спорил до хрипоты и радовался, когда собранный робот наконец делал первый шаг.
Однажды эксперимент с высоковольтной цепью пошёл не по плану. Вспышка, резкая боль, запах горелой кожи — так на его лице появились три шрама: два по краям губ и длинный след через переносицу. Боль была невыносимой, но ещё тяжелее было смотреть на своё отражение. «Теперь все будут видеть только это», — думал он, пряча лицо. Татуировки стали его защитой: на лбу — крест из мечей, символ чести и долга, о которых рассказывал отец; на щеке — поцелуй, память о матери, которая ночами сидела у его кровати в больнице. Эти знаки превратились в напоминание: даже в темноте можно найти свет, если не бояться его зажечь.
Молодость
После школы Акума поступил в технический университет Сан‑Андреаса, где изучал инженерное дело. Его увлекали проекты по автоматизации и системам безопасности — он мечтал сделать свой штат чуточку лучше. Он с головой погружался в электронику, программирование и механику, грезил о создании чего‑то значимого. Но мечты пришлось отложить. Болезнь матери заставила Акуму прервать учёбу и устроиться охранником в исправительный центр. Поначалу это место казалось ему незнакомым и враждебным. Всё было против него: коллеги с их грубоватыми манерами, немое, но ощутимое сопротивление заключённых, бесконечные осуждающие взгляды. Казалось бы, в таких условиях можно сломаться или озлобиться. Но Акума не из таких. Вместо того чтобы просто следовать уставу, он начал разговаривать. Он всегда мог найти лазейку для диалога. У него был дар — он задавал вопросы не как допрос, а с таким искренним интересом, что человеку самому хотелось ему ответить. А слушал он так, что собеседник буквально физически чувствовал: его не просто слышат, его понимают. И постепенно, и охрана, и сидельцы начали замечать за обычным парнем с необычными глазами и внешностью не просто охранника, а человека, с которым очень приятно пообщаться о чем-либо. Он твёрдо верил: порядок достигается не через жестокость, а через справедливость и уважение. Во время очередного патруля по федеральной тюрьме из-за угла Акума заметил заключенного, В руке у него блеснула заточка - из столового ножа обмотанной изолентой. Акума медленно поднял руку ладонью вперёд, стараясь поймать его взгляд, но было поздно. Резкая острая боль и на переносице Акумы появился шрам. Этот шрам стал для него не просто ещё одной отметиной на лице. Он стал физическим напоминанием о том, что даже самый искренний разговор может быть бессилен.
Взрослая жизнь
2014 год стал поворотным для Акумы. Должность заместителя начальника отдела RRU дала ему то, чего он давно искал — возможность действовать. Он не кричал на подчинённых, но его тихий голос заставлял прислушиваться. «Порядок начинается с уважения», — повторял он, разнимая дерущихся заключённых или объясняя новичку, как правильно держать дубинку.
Личная жизнь оставалась на задворках. Девушки уходили, не выдерживая его графика и молчаливой сосредоточенности. «Моя семья — это тюрьма», — шутил он, но в шутке была доля правды. Он тратил выходные на составление предложений по улучшению условий содержания, спорил с начальством о необходимости психологической помощи для осуждённых. «Если мы не дадим им шанс измениться, кто это сделает?» — спрашивал он, зная, что ответы редко бывают простыми.
Настоящее время
Сегодня Акуме— 35 лет. Зеркало отражает человека, которого он когда‑то боялся увидеть: шрамы стали частью лица, татуировки — частью истории. Но в глазах больше нет растерянности. Макияж вокруг глаз, который когда-то скрывал боль, превратился в произведение искусства, отражающее его внутреннее состояние и стремление к равновесию между светом и тьмой. Акума готов к новому шагу: подать заявление на должность заместителя начальника тюрьмы и стать куратором отделов
Он знает, что кадровики задержат взгляд на его лице, переглянутся, возможно, покосятся на крест из мечей. Но у него есть аргументы, которые нельзя стереть или скрыть: пять лет работы в самых горячих точках тюрьмы, десятки предотвращённых конфликтов, программа по адаптации заключённых, которую он разработал в свободное время.
«Я не идеален, — говорит он себе. — Но я знаю эту систему изнутри. И если кто‑то должен её менять, то почему не я?» Его шрамы — не клеймо, а карта пройденного пути. Татуировки — не украшение, а напоминание: даже в самом тёмном месте можно найти свет, если не бояться зажечь его самому. Таким образом, Акума Елементалез представляет собой сложный характер, сформированный опытом борьбы с собственными слабостями и стремлением принести пользу обществу через работу в одной из самых сложных сфер.
Итог:
1. Акума может носить татуировки, грим на лице в государственных структурах, и это не будет никак влиять на его работоспособность, что будет подтверждать пометка в медицинской карте "Шрамы".Akuma Elementalez
Возраст и дата рождения:
35 лет, 08.05.1990
Личное фото:
Пол:
Мужской
Описание внешнего вида Вашего персонажа:
Рост - 185см,
Цвет волос - коричневый,
Цвет глаз - белый,
Телосложение - атлетичное,
Татуировки - Blackwork на шею, торс, руки, ноги, татуировка на губы, татуировка в виде поцелуя, полоска посередине лица, татуировка на лбу в виде креста из мечей.
Детство
Акума Елементалез родился 8 мая 1990 года в округе Ред штата Сан‑Андреас. Семья была небогатой, но дружной: отец трудился инженером на заводе электроники, мать работала сборщицей. Родители не просто обеспечивали быт — они вкладывали в детей главное: понимание, что труд и взаимовыручка важнее материальных благ.
С малых лет Акума тянулся к механизмам. Вместо того чтобы играть с игрушками, он разбирал их, пытаясь постичь внутреннюю логику. Родители не ругали за разобранные радиоуправляемые машинки — напротив, с интересом наблюдали, как сын сосредоточенно возится с деталями, пытаясь вернуть сломанной вещи жизнь.
В 7 лет всё изменилось. Врачи вынесли неутешительный диагноз — дистрофия роговицы, или болезнь бельмо. Белёсые пятна на глазах мгновенно сделали его мишенью для насмешек. В школе его обзывали, избегали, порой толкали в коридорах. Но дома его всегда ждали с любовью. «Ты сильнее, чем думаешь», — повторяла мать, обнимая после очередного тяжёлого дня. Отец, не тратя лишних слов, записал его в секцию карате. Там Акума осознал: сила — не в агрессии, а в умении держать удар и не ломаться под грузом обстоятельств. Тренировки стали для него школой жизни, где он освоил дисциплину и самоконтроль.
Юность
В 13 лет, осознавая свою уязвимость, Акума начал экспериментировать с макияжем, создавая тени вокруг своих белых глаз. Эти тени служили не только маскировкой, но и способом выразить свои эмоции и чувства. Они становились продолжением его личности, отражением его внутренней борьбы между желанием защитить близких и страхом перед собственной слабостью.
После этого, в средних классах Акума неожиданно стал тем, к кому обращались за советом. Не лидером-забиякой, а человеком, способным найти выход из любой ситуации. Его страсть к технике нашла применение в школьной команде робототехники. Вечерами он с друзьями корпел над схемами, спорил до хрипоты и радовался, когда собранный робот наконец делал первый шаг.
Однажды эксперимент с высоковольтной цепью пошёл не по плану. Вспышка, резкая боль, запах горелой кожи — так на его лице появились три шрама: два по краям губ и длинный след через переносицу. Боль была невыносимой, но ещё тяжелее было смотреть на своё отражение. «Теперь все будут видеть только это», — думал он, пряча лицо. Татуировки стали его защитой: на лбу — крест из мечей, символ чести и долга, о которых рассказывал отец; на щеке — поцелуй, память о матери, которая ночами сидела у его кровати в больнице. Эти знаки превратились в напоминание: даже в темноте можно найти свет, если не бояться его зажечь.
Молодость
После школы Акума поступил в технический университет Сан‑Андреаса, где изучал инженерное дело. Его увлекали проекты по автоматизации и системам безопасности — он мечтал сделать свой штат чуточку лучше. Он с головой погружался в электронику, программирование и механику, грезил о создании чего‑то значимого. Но мечты пришлось отложить. Болезнь матери заставила Акуму прервать учёбу и устроиться охранником в исправительный центр. Поначалу это место казалось ему незнакомым и враждебным. Всё было против него: коллеги с их грубоватыми манерами, немое, но ощутимое сопротивление заключённых, бесконечные осуждающие взгляды. Казалось бы, в таких условиях можно сломаться или озлобиться. Но Акума не из таких. Вместо того чтобы просто следовать уставу, он начал разговаривать. Он всегда мог найти лазейку для диалога. У него был дар — он задавал вопросы не как допрос, а с таким искренним интересом, что человеку самому хотелось ему ответить. А слушал он так, что собеседник буквально физически чувствовал: его не просто слышат, его понимают. И постепенно, и охрана, и сидельцы начали замечать за обычным парнем с необычными глазами и внешностью не просто охранника, а человека, с которым очень приятно пообщаться о чем-либо. Он твёрдо верил: порядок достигается не через жестокость, а через справедливость и уважение. Во время очередного патруля по федеральной тюрьме из-за угла Акума заметил заключенного, В руке у него блеснула заточка - из столового ножа обмотанной изолентой. Акума медленно поднял руку ладонью вперёд, стараясь поймать его взгляд, но было поздно. Резкая острая боль и на переносице Акумы появился шрам. Этот шрам стал для него не просто ещё одной отметиной на лице. Он стал физическим напоминанием о том, что даже самый искренний разговор может быть бессилен.
Взрослая жизнь
2014 год стал поворотным для Акумы. Должность заместителя начальника отдела RRU дала ему то, чего он давно искал — возможность действовать. Он не кричал на подчинённых, но его тихий голос заставлял прислушиваться. «Порядок начинается с уважения», — повторял он, разнимая дерущихся заключённых или объясняя новичку, как правильно держать дубинку.
Личная жизнь оставалась на задворках. Девушки уходили, не выдерживая его графика и молчаливой сосредоточенности. «Моя семья — это тюрьма», — шутил он, но в шутке была доля правды. Он тратил выходные на составление предложений по улучшению условий содержания, спорил с начальством о необходимости психологической помощи для осуждённых. «Если мы не дадим им шанс измениться, кто это сделает?» — спрашивал он, зная, что ответы редко бывают простыми.
Настоящее время
Сегодня Акуме— 35 лет. Зеркало отражает человека, которого он когда‑то боялся увидеть: шрамы стали частью лица, татуировки — частью истории. Но в глазах больше нет растерянности. Макияж вокруг глаз, который когда-то скрывал боль, превратился в произведение искусства, отражающее его внутреннее состояние и стремление к равновесию между светом и тьмой. Акума готов к новому шагу: подать заявление на должность заместителя начальника тюрьмы и стать куратором отделов
Он знает, что кадровики задержат взгляд на его лице, переглянутся, возможно, покосятся на крест из мечей. Но у него есть аргументы, которые нельзя стереть или скрыть: пять лет работы в самых горячих точках тюрьмы, десятки предотвращённых конфликтов, программа по адаптации заключённых, которую он разработал в свободное время.
«Я не идеален, — говорит он себе. — Но я знаю эту систему изнутри. И если кто‑то должен её менять, то почему не я?» Его шрамы — не клеймо, а карта пройденного пути. Татуировки — не украшение, а напоминание: даже в самом тёмном месте можно найти свет, если не бояться зажечь его самому. Таким образом, Акума Елементалез представляет собой сложный характер, сформированный опытом борьбы с собственными слабостями и стремлением принести пользу обществу через работу в одной из самых сложных сфер.
Итог:
2. Наличие "Бельма" будет прописано в медицинской карте.
