Верховный суд штата Сан-Андреас в составе Председателя Федерального суда Sasha Rothschild и Верховного судьи Akakiy Rothschild, рассмотрев обращение гражданина США Kostya Korobkin о толковании части 6 статьи 2.1 главы 2 Процессуального кодекса штата Сан-Андреас,
Гражданин США Kostya Korobkin (далее – ЗАЯВИТЕЛЬ) обратился в Верховный суд штата Сан-Андреас с целью получения толкования
части 6 статьи 2.1 главы II (2) Процессуального кодекса штата Сан-Андреас. В своем обращении ЗАЯВИТЕЛЬ выдвинул следующие прошения к Верховному суду штата Сан-Андреас:
1. Разъяснить, обязан ли сотрудник силовой структуры приостановить процессуальные действия и ожидать прибытия прокурора, вызванного государственным адвокатом на основании Главы II, Статьи 2.1, Части 6 Процессуального кодекса.
2. Разъяснить временные рамки, в течение которых прокурор обязан ответить на вызов государственного адвоката и прибыть на место задержания.
3. Разъяснить, приостанавливается ли течение срока задержания на период ожидания прокурора, вызванного государственным адвокатом.
4. Разъяснить правовые последствия для сотрудника в случае продолжения процессуальных действий без ожидания прокурора.
Положения части 6, статьи 2.1, главы II (2) Процессуального кодекса штата Сан-Андреас (далее – ПК) позволяет ГОСУДАРСТВЕННОМУ адвокату (в данном случае стоит подчеркнуть, что законодатель наделил такой возможностью только государственных адвокатов) вызвать прокурора на задержание гражданского лица в случае, если присутствует одно или несколько оснований для освобождения подозреваемого, указанных в
статье 5 главы II (2) ПК при условии, что лицо, проводящее задержание, отказывается от освобождения задержанного.
Поскольку вызов прокурора государственным адвокатом направлен на изменение конечного процессуального решения, принимаемого сотрудником силовой государственной структуры, относительно задержанного лица, Верховный суд штата Сан-Андреас приходит к выводу, что сотрудник, проводящий задержание, обязан приостановить процессуальные действия до ответа и приезда прокурора.
ЗАЯВИТЕЛЬ справедливо ссылается на отсутствие прямого урегулирования порядка вызова в ПК, а также отсутствие прямого указания на время ожидания ответа и время ожидания приезда. Более того, проведя детальный анализ норм главы II (2) ПК, Верховный суд штата Сан-Андреас обнаружил существенный недостаток процессуального законодательства.
Так
примечание к части 1 статьи 4 главы II (2) ПК устанавливает императивное время ожидания ответа прокурора в 15 минут при его вызове на задержание государственного служащего. При этом законодательство не устанавливает время ожидания его приезда. Таким образом правоприменитель по сути обязан бессрочно ожидать приезда прокурора после его принятия вызова, что на практике может привести к огромным и необоснованным задержкам процесса разбирательства. Также законодатель установил, что время задержания приостанавливается на время ожидания ответа прокурора и(или) начальства задержанного лица, но это норма не распространяется на ожидание приезда прокурора, что логически идет в разрез с
примечанием к пункту “Г” статьи 5 главы II (2) ПК.
Все эти недостатки являются следствием бессистемной работы законодателя. Верховный суд штата Сан-Андреас в качестве временной меры для устранения правового недостатка (до его урегулирования Конгрессом штата Сан-Андреас) считает необходимым провести аналогию закона с другими нормами главы II (2) ПК и дать следующее толкование.
Верховный суд штата Сан-Андреас разъясняет:
1) время ожидания ответа от прокурора на запрос от государственного адвоката (на основании
части 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК) составляет 15 минут – в данном случае проводится аналогия с
примечанием к части 1 статьи 4 главы II (2) ПК;
2) время ожидания приезда прокурора после его принятия вызова и на задержание государственного служащего (на основании
части 1 статьи 4 главы II (2) ПК), и на запрос государственного адвоката (на основании
части 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК) составляет 10 минут – в данном случае проводится аналогия с
частью 5 статьи 2.1 главы II (2) ПК;
3) время задержания приостанавливается на время ожидания ответа прокурора (15 минут) и на время ожидания его приезда (10 минут) – в данном случае проводится аналогия с
примечанием к пункту “Г” статьи 5 главы II (2) ПК;
Примечание: данный пункт распространяется и на вызов прокурора на задержание государственного служащего (на основании
части 1 статьи 4 главы II (2) ПК), и на запрос государственного адвоката (на основании
части 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК).
4) в случае, если прокурор не ответил в установленный срок или не приехал в течение 10 минут после принятия – сотрудник государственной силовой структуры вправе продолжить процессуальные действия;
5) вызов государственным адвокатом прокурора (на основании
части 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК) должен осуществляться ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО посредством рации департамента, а также адвокат должен гласно известить сотрудника о вызове прокурора.
Примечание: если у сотрудника государственной силовой структуры нет доступа к рации департамента, то он вправе запросить доказательства вызова прокурора у самого адвоката. (( в данном случае будет достаточно предоставления скриншота или записи ))
Верховный суд штата Сан-Андреас, рассмотрев вопрос о надлежащей квалификации деяния, при котором сотрудник государственной силовой структуры, будучи уведомленным о намерении адвоката вызвать прокурора на задержание на основании
части 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК, производит арест задержанного лица без ожидания прибытия прокурора, разъясняет следующее.
Указанное деяние формально подпадает под признаки двух составов правонарушений:
A)
Статья 1 главы XV (15) Уголовно-административного кодекса штата Сан-Андреас (далее – УАК). Сотрудник государственной силовой структуры обладает полномочием производить арест в установленном главой III (3) ПК порядке. Однако данное полномочие не является безусловным – оно ограничено процессуальными гарантиями, предусмотренными ПК, в том числе правом адвоката вызвать прокурора на задержание (
часть 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК). Игнорирование данной гарантии и ускоренное производство ареста представляет собой совершение действий, явно выходящих за пределы полномочий сотрудника.
При этом деяние повлекло существенное нарушение прав задержанного лица. Так как согласно
части 1 статьи 2 главы IV (4) УАК, существенным нарушением прав признается нарушение прав и свобод, закрепленных в Конституции, а также в общепризнанных принципах и нормах международного права.
Статья 13 главы I (1) Конституции штата Сан-Андреас гарантирует каждому право на получение квалифицированной юридической помощи. Право адвоката вызвать прокурора на задержание является формой реализации данного конституционного права, поскольку направлено на защиту доверителя от незаконного привлечения к ответственности. Лишение задержанного этой гарантии путем ускоренного производства ареста представляет собой существенное нарушение конституционного права на квалифицированную юридическую помощь.
Б)
Часть 1 статьи 1 главы XVI (16) УАК.
Часть 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК прямо наделяет адвоката правом вызвать прокурора на задержание при наличии явных нарушений в действиях сотрудника. Заявление адвоката о намерении вызвать прокурора является реализацией данного законного права. Когда сотрудник, будучи уведомленным о таком вызове, производит арест без ожидания прибытия прокурора, он фактически лишает адвоката возможности реализовать право, предусмотренное законодательством, и тем самым воспрепятствует его законной профессиональной деятельности по защите доверителя.
Несмотря на то что деяние формально подпадает под признаки преступлений, предусмотренных обеими статьями, Верховный суд штата Сан-Андреас приходит к выводу о необходимости квалификации исключительно по
части 1 статьи 1 главы XVI (16) УАК.
Данный вывод основан на общеправовом принципе lex specialis derogat generali – специальный закон отменяет действие общего. Суть данного принципа состоит в том, что при конкуренции двух норм, одна из которых является общей, а другая – специальной, применению подлежит специальная норма, поскольку она точнее описывает деяние и предусматривает ответственность именно за тот вид поведения, который имел место.
Статья 1 главы XV (15) УАК является общей нормой. Она охватывает любое превышение должностных полномочий любым должностным лицом в любой ситуации, повлекшее существенное нарушение прав. Это универсальная норма, применимая к широкому кругу деяний.
Часть 1 статьи 1 главы XVI (16) УАК является специальной нормой. Она предусматривает ответственность за конкретный вид деяния – воспрепятствование деятельности адвоката по защите доверителя, совершенное в том числе путем неповиновения законному требованию адвоката. Указанная норма точнее описывает рассматриваемую ситуацию и полностью охватывает деяние сотрудника, при этом давая ему исчерпывающую правовую оценку.
Статья 1 главы XV (15) УАК описывает то же самое деяние, но в более общих терминах, не добавляя к квалификации ни одного элемента, который не был бы уже учтен в
части 1 статьи 1 главы XVI (16) УАК.
Настоящее разъяснение касается исключительно квалификации деяния, выразившегося в производстве ареста без ожидания прокурора, вызванного адвокатом. Если в ходе того же задержания сотрудник допустил иные нарушения, не охватываемые диспозицией
части 1 статьи 1 главы XVI (16) УАК (например, применил необоснованное физическое насилие, уничтожил доказательства, совершил иные противоправные действия), такие деяния подлежат самостоятельной квалификации по соответствующим статьям УАК, в том числе по
статье 1 главы XV (15) УАК, и могут на основании
статьи 4 главы I (1) УАК образовывать совокупность с
частью 1 статьи 1 главы XVI (16) УАК.
При этом Верховный суд штата Сан-Андреас отмечает: нарушение сотрудником процессуальной гарантии, предусмотренной
частью 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК, и правонарушение, совершенное задержанным лицом, являются двумя самостоятельными и не зависящими друг от друга правонарушениями. Противоправность действий сотрудника не устраняет противоправности действий задержанного. Равно как и виновность задержанного не оправдывает нарушений со стороны сотрудника.
К примеру: если гражданин незаконно проник на охраняемую территорию, а сотрудник при его задержании не дождался прокурора, вызванного адвокатом, – это два отдельных правонарушения, каждое из которых подлежит самостоятельной правовой оценке. Гражданин несет ответственность за проникновение на охраняемую территорию. Сотрудник несет ответственность за воспрепятствование деятельности адвоката. Одно не аннулирует другое.
На основании изложенного, руководствуясь главой IV (4) Конституции, Судебным кодексом и иными правовыми актами, суд
1. Разъяснить, что сотрудник государственной силовой структуры, уведомленный о вызове прокурора государственным адвокатом на основании
части 6 статьи 2.1 главы II (2) ПК, обязан приостановить процессуальные действия до ответа и прибытия прокурора.
2. Установить время ожидания ответа прокурора на вызов государственного адвоката – 15 минут (по аналогии с
примечанием к части 1 статьи 4 главы II (2) ПК).
3. Установить время ожидания прибытия прокурора после принятия им вызова – 10 минут (по аналогии с
частью 5 статьи 2.1 главы II (2) ПК). Данный срок распространяется как на вызов прокурора при задержании государственного служащего, так и на вызов по запросу государственного адвоката.
4. Разъяснить, что течение срока задержания приостанавливается на время ожидания ответа прокурора и на время ожидания его прибытия (по аналогии с
примечанием к пункту «Г» статьи 5 главы II (2) ПК).
5. Разъяснить, что в случае неполучения ответа от прокурора в течение 15 минут либо неприбытия прокурора в течение 10 минут после принятия вызова, сотрудник государственной силовой структуры вправе продолжить процессуальные действия.
6. Установить, что вызов прокурора государственным адвокатом осуществляется исключительно посредством рации департамента с обязательным гласным извещением сотрудника, проводящего задержание. Сотрудник вправе запросить у адвоката подтверждение факта вызова, если у такого сотрудника отсутствует доступ к рации департамента.
7. Разъяснить, что производство ареста сотрудником без ожидания прокурора, вызванного государственным адвокатом, квалифицируется по
части 1 статьи 1 главы XVI (16) УАК.
8. Разъяснить, что нарушение сотрудником порядка ожидания прокурора и правонарушение, совершённое задержанным лицом, являются самостоятельными правонарушениями. Противоправность действий сотрудника не устраняет ответственности задержанного, равно как и виновность задержанного не оправдывает нарушений со стороны сотрудника.
9. Данное толкование обязательно для применения всеми гражданами, организациями, общественными объединениями и государственными органами без исключения. Также настоящее толкование обязаны принимать во внимание судьи штата Сан-Андреас.
10. Настоящее постановление вступает в законную силу с момента опубликования на портале штата.
