ВЕРХОВНЫЙ СУД ШТАТА САН-АНДРЕАС
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
об удовлетворении кассационной жалобы 18 февраля 2026 года
г. Лос-Сантос, штат Сан-Андреас
Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас Alex Rothschild, рассмотрев настоящую кассационную жалобу,
УСТАНОВИЛ:
1. 9 декабря 2025 года в 21:22 по местному времени в Прокуратуру поступила жалоба ЗАЯВИТЕЛЯ (( Alina Lola [№ пас. 114963] )) на действия ОТВЕТЧИКА (( Maria Lestrade [№ пас. 260547] )) с просьбой провести всестороннюю проверку по указанным нарушениям с целью установления соответствия действий ОТВЕТЧИКА действующему законодательству штата Сан-Андреас.
2. 12 декабря 2025 года в 17:48 по местному времени в канцелярию Верховного суда поступило исковое заявление №436 от штата Сан-Андреас в лице Старшего прокурора (( Katana Riverside [№ пас. 229402] )) к ОТВЕТЧИКУ о привлечении к уголовной ответственности по статье 15.6 УАК.
3. ЗАЯВИТЕЛЬ был привлечен Верховным судьей Goga Delamore в судебное разбирательство в статусе третьего лица, которое вправе заявлять самостоятельные требования по делу.
4. 4 февраля 2026 года в 17:08 по местному времени Верховным судом штата Сан-Андреас было вынесено решение по исковому заявлению №436, в котором исковые требования штата Сан-Андреас были удовлетворены частично, а именно ОТВЕТЧИК был привлечен к административной ответственности по статьям 17.3.2 и 17.6 УАК.
5. В настоящей кассационной жалобе ЗАЯВИТЕЛЬ ссылается на неправильное применение судом предыдущей инстанции норм материального права, а именно статьи 16.18 УАК, а также приводит аргументы в пользу отмены решения Верховного суда штата Сан-Андреас в части выводов о неприменимости статей главы 16 УАК к досудебным процессуальным действиям.
6. Действующий Уголовно-административный кодекс штата Сан-Андреас определяет понятие состава правонарушения как совокупность признаков и элементов, при которых деяние возможно определить как правонарушение, включая объект, объективную сторону, субъект и субъективную сторону. Однако при этом законодательство не содержит определения понятия объекта. Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас приходит к выводу о необходимости дачи официального определения понятию объекта правонарушения, а также разъяснить процесс его определения.
7. Объект правонарушения - это те общественные отношения (блага, интересы, ценности), которым правонарушение причиняет вред или создаёт угрозу причинения вреда.
8. Законодатель уже сделал основную работу за правоприменителя. Особенная часть УАК построена по принципу систематизации норм по объекту посягательства. Это означает следующее:
8.1. Родовой объект определяется по названию раздела Особенной части УАК. Пример: Раздел “Преступления против личности” - родовым объектом всех преступлений этого раздела является личность как совокупность общественных отношений, обеспечивающих её права и блага.
8.2. Видовой объект определяется по названию главы Особенной части УАК. Пример: Глава “Преступления против жизни и здоровья” - видовым объектом выступают общественные отношения, обеспечивающие жизнь и здоровье человека.
9. Таким образом правоприменитель (в том числе государственные силовые структуры) при квалификации деяния обязан:
а) Установить, какому конкретному благу причинён вред (непосредственный объект).
б) Соотнести это благо с названием главы Особенной части УАК, в которой расположена вменяемая статья, - тем самым подтвердив верность квалификации по видовому объекту.
в) Убедиться, что квалификация не противоречит названию раздела, то есть родовому объекту.
9.1. Если установленный фактический вред не соответствует объекту, указанному в названии главы, - квалификация по данной статье является ошибочной и подлежит изменению.
10. Из положений действующего УАК следует, что родовым объектом правонарушения по статье 16.18 УАК выступает государственная власть, а видовым - правосудие.
11. Как следует из положений мотивировки решения суда предыдущей инстанции, суд задался вопросом является ли вмешательство в процессуальные действия посягательством на правосудие в чистом виде, учитывая, что статья 29 Конституции штата Сан-Андреас определяет, что исключительным субъектом отправления правосудия является суд в лице судей. Из чего следует, что фактически вмешательство в процессуальные действия должно причинять вред отправлению судьями правосудия.
12. Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас отмечает, что данный вопрос фактически не имеет “правильного” ответа. Более того принятия более “здравой и правильной” позиции скорее ведет к неотвратимому разрушению установленной системы привлечения граждан к ответственности по 16 главе УАК. Фактически данный вопрос можно толковать двумя путями:
а) в “узком” смысле (путь здравого смысла и логики) - правосудие, как объект правонарушения по главе 16 УАК, включает в себя и непосредственное осуществление судами правосудия, и досудебную подготовку.
В данном аспекте необходимо сразу провести разницу между понятиями “досудебный” и “внесудебный”.
Досудебный - это то, что происходит до суда, но ведёт к суду. Это этап, предшествующий судебному разбирательству и существующий ради него. Это касается вопросов, где финальное решение принимает суд. К досудебному производству можно отнести расследование Прокуратуры по факту обращения гражданина (к примеру, то же обращение ЗАЯВИТЕЛЯ)
Внесудебный - это то, что происходит вне суда и не предполагает суд как обязательный следующий этап. Решение принимается и исполняется без участия суда. Суд может подключиться потом, но только если сторона сама инициирует обжалование. К примеру, задержание и арест сотрудниками Полицейского Департамента города Лос-Сантос гражданского лица (решение о виновности и избрании меры наказания принимает сам сотрудник без суда, при этом участие суда гарантируется только в том случае, если задержанное лицо инициирует процедуру обжалования на основании положений главы 8 ПК).
б) в “широком” смысле (способ защитить спорную природу положений главы 16 УАК) - правосудие, как объект правонарушения по главе 16 УАК, включает в себя и непосредственное осуществление судами правосудия, и досудебную подготовку, и внесудебные разбирательства.
13. Суд предыдущей позиции занял “узкую” позицию при толковании понятия правосудия, как объекта правонарушения в 16 главе УАК. Верховный судья Goga Delamore утверждает, что из системного толкования Конституции штата Сан-Андреас следует, что понятие правосудия включает в себя как процесс непосредственно судебного разбирательства, так и процесс досудебной подготовки, однако фактически исключает внесудебное разбирательство.
14. Более того сам ЗАЯВИТЕЛЬ в своей кассационной жалобе соглашается с выводом суда предыдущей инстанции. В тексте настоящей кассационной жалобы указано: “Системное толкование Уголовно-административного кодекса штата Сан-Андреас подтверждает, что глава 16 направлена на охрану законной процессуальной деятельности государства в целом, включая досудебное расследование”. Это также подтверждается прошениями: “Отменить решение Верховного суда штата Сан-Андреас в части выводов о неприменимости статей главы 16 УАК СА к досудебным процессуальным действиям”.
15. Ошибка ЗАЯВИТЕЛЯ в данном случае состоит в неверном толковании процессуальных действий. Проводимые процессуальные действия носят не досудебный, а внесудебный характер, так как они не обязательно ведут к судебному разбирательству. Таким образом ЗАЯВИТЕЛЬ сам вынес проводимые процессуальные действия за рамки “правосудия” и в своей мотивировке пришел к выводу о необходимости применения “узкого” толкования.
16. Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас отмечает, что на практике в штате Сан-Андреас существует две системы “правосудия”. В первую очередь необходимо дать функциональное определение понятию правосудия - это вся совокупность деятельности государства, направленная на установление справедливости в правовых отношениях: выявление правонарушения, установление обстоятельств, определение виновности, назначение наказания и обеспечение его исполнения.
17. Первая система правосудия отправляется судами в лице судей на основании статьи 29 Конституции штата Сан-Андреас и Судебного кодекса штата Сан-Андреас. Организует систему досудебного и судебного разбирательства.
18. Вторая система “квазиправосудия” исходит из положений Процессуального кодекса, а также правоприменительной практики. Например, сотрудник LSPD, задержавший гражданское лицо, фактически осуществляет в отношении такого лица “квазиправосудие” ведь он сам собирает доказательную базу, сам устанавливает виновность лица, а также сам избирает меру наказания. Организует систему внесудебного разбирательства.
19. Установив наличие двух параллельных систем - правосудия и квазиправосудия - Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас приходит к необходимости разрешить центральный вопрос настоящего дела: распространяется ли уголовно-правовая защита главы 16 УАК на систему квазиправосудия, то есть на внесудебные разбирательства, осуществляемые сотрудниками государственных силовых структур.
20. Председатель Верховного суда отмечает, что система квазиправосудия порождает для гражданина последствия, тождественные последствиям судебного правосудия: лишение свободы, назначение штрафа, изъятие лицензий и тд. Более того, согласно статье 6 главы 8 Процессуального кодекса, решения сотрудника правоохранительного органа вступают в законную силу по истечении 120 часов с момента их вынесения, если не были обжалованы. Терминология “вступление в законную силу” является характерной именно для властных актов, порождающих правовые последствия, и свидетельствует о том, что законодатель придаёт решениям в системе квазиправосудия юридическую силу, сопоставимую с силой судебных актов.
21. При этом система квазиправосудия является основным механизмом привлечения к ответственности в штате Сан-Андреас. Абсолютное большинство дел - как административных, так и уголовных - разрешается сотрудниками государственных силовых структур во внесудебном порядке, без участия суда. Судебное правосудие зачастую включается лишь в случае обжалования по инициативе осуждённого лица.
22. Если принять позицию, согласно которой глава 16 УАК защищает только правосудие в узком смысле (судебное и досудебное), то система квазиправосудия - то есть основной и наиболее распространённый способ разрешения дел в штате - оказывается лишённой уголовно-правовой защиты от вмешательства со стороны должностных лиц. Это порождает правовой парадокс: процесс, в котором решается вопрос о виновности и наказании гражданина вплоть до лишения свободы, защищён от вмешательства слабее, чем судебное разбирательство, хотя последствия для гражданина в обоих случаях идентичны.
23. Более того, если исключить систему квазиправосудия из-под защиты главы 16 УАК, ряд норм данной главы утрачивает практический смысл. Статья 16.18 УАК предусматривает ответственность за вмешательство в “процессуальные действия, а также процесс разбирательства”. Часть 1 статьи 7 главы 1 ПК содержит исчерпывающий перечень процессуальных действий, к которым отнесены в том числе задержание, арест, обыск, досмотр, выписывание штрафов и изъятие лицензий. Подавляющее большинство этих действий осуществляется именно в рамках системы квазиправосудия - во внесудебном порядке. Если признать, что глава 16 не распространяется на внесудебные разбирательства, то статья 16.18 в части "процессуальных действий" фактически превращается в мёртвую норму, лишённую сферы применения.
24. Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас также обращает внимание на формулировку диспозиции статьи 16.18 УАК. Законодатель использовал конструкцию “процессуальные действия, а также процесс разбирательства”, разделив два понятия союзом “а также”. Это свидетельствует о том, что законодатель рассматривал процессуальные действия и процесс разбирательства как самостоятельные, не тождественные категории. Если бы норма была направлена исключительно на защиту судебного разбирательства, включение в диспозицию отдельного указания на “процессуальные действия” было бы лишено смысла.
25. На основании изложенного Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас приходит к следующему выводу. Понятие “правосудие” в контексте главы 16 УАК подлежит толкованию в широком смысле и охватывает как судебное правосудие (осуществляемое судами в лице судей на основании статьи 29 Конституции), так и досудебную подготовку, так и систему квазиправосудия (внесудебные разбирательства, осуществляемые уполномоченными сотрудниками государственных силовых структур на основании Процессуального кодекса).
26. Данный вывод основан на следующей совокупности аргументов:
а) Система квазиправосудия порождает для гражданина последствия, тождественные последствиям судебного правосудия, включая лишение свободы.
б) Решения, вынесенные в системе квазиправосудия, вступают в законную силу в порядке, установленном Процессуальным кодексом, что придаёт им правовой статус, сопоставимый с судебными актами.
в) Система квазиправосудия является основным механизмом привлечения к ответственности в штате Сан-Андреас, и лишение её уголовно-правовой защиты приводит к правовому парадоксу.
г) Диспозиция статьи 16.18 УАК прямо указывает на “процессуальные действия” как на самостоятельный объект защиты, а Процессуальный кодекс относит действия, совершаемые в системе квазиправосудия, к числу процессуальных.
д) Узкое толкование превращает ряд норм главы 16 УАК в мёртвые нормы, лишённые практической сферы применения.
27. Вместе с тем Председатель Верховного суда отмечает колоссальную работу по анализу положений статей главы 16 УАК, проделанную Верховным судьей Goga Delamore. Его выводы о необходимости “узкого” толкования являются логически правильными. Их фактическое применение исключает только несовершенство структуры Особенной части УАК, вызванной бессистемной работой законодателя, который вместо выделения статей, защищающих “квазиправосудие” в отдельную главу УАК, завел их всех под общий знаменатель. Более того в ходе анализа Goga Delamore было установлено, что действующие положения главы 16 УАК содержат статьи, которые не попадают в понятие правосудие ни в узком, ни в широком смысле. Например, статья 16.12 УАК, устанавливающая ответственность за злостное неисполнение вступивших в законную силу указов, приказов губернатора или вице-губернатора. Ни Губернатор, ни Вице-Губернатор не являются уполномоченными лицами для отправления традиционного правосудия или квазиправосудия. Таким образом вовсе непонятно, каким именно образом неисполнение их указов или приказов может наносить вред правосудию.
28. Председатель Верховного суда также отмечает работу Goga Delamore направленную на исправление обнаруженного недочета, а именно реализация государственной инициативы по включению понятия “внесудебного разбирательства” в видовой объект правонарушений по 16 главе УАК.
29. Несмотря на тот факт, что доводы ЗАЯВИТЕЛЯ в части квалификации процессуальных действий как “досудебных” фактически подкрепляют позицию суда предыдущей инстанции об ограничении сферы действия главы 16 УАК, Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас приходит к выводу о возможности применения положений главы 16 УАК к внесудебным разбирательствам. При этом необходимо подчеркнуть наличие значительного числа недостатков законодательной техники в структуре и формулировках главы 16 УАК, которые надлежит устранить законодателю.
30. Переходя к обстоятельствам настоящего дела, Председатель Верховного суда устанавливает следующее.
31. ОТВЕТЧИК, прежде чем начать какие-либо взаимодействия с ЗАЯВИТЕЛЕМ, гласно запросил разрешение, что подтверждается записью с бодикамеры ОТВЕТЧИКА (время 03:09). ЗАЯВИТЕЛЬ гласно и недвусмысленно дал разрешение. Далее между ОТВЕТЧИКОМ и ЗАЯВИТЕЛЕМ, а также третьим лицом, завязалась дискуссия касательно необходимости проведения медицинского освидетельствования для квалификации степени нанесённых повреждений.
32. Далее (время 08:53) со стороны ЗАЯВИТЕЛЯ прозвучало первое требование не вмешиваться в проводимые процессуальные действия в отношении задержанного лица. ОТВЕТЧИК после данного требования какое-то время абсолютно никак не вмешивался в проводимое разбирательство. Позднее (время 12:15) ОТВЕТЧИК снова начал обращаться к ЗАЯВИТЕЛЮ, а тот, в свою очередь, вместо незамедлительного пресечения вмешательства снова вступил в словесную перепалку. Далее (время 12:55) со стороны ЗАЯВИТЕЛЯ прозвучало второе требование не вмешиваться, после которого ОТВЕТЧИК более никак гласно не взаимодействовал с ЗАЯВИТЕЛЕМ, однако отказался отойти на установленное расстояние в 5 метров.
33. С учётом изложенного, а именно: гласного разрешения ЗАЯВИТЕЛЯ на взаимодействие, характера первоначальной дискуссии, не являвшейся вмешательством в процессуальные действия, а также полного прекращения гласного вмешательства ОТВЕТЧИКОМ после второго требования ЗАЯВИТЕЛЯ, Председатель Верховного суда приходит к выводу о правильности выводов суда предыдущей инстанции в части квалификации деяния ОТВЕТЧИКА. Действия ОТВЕТЧИКА, при поверхностном рассмотрении содержащие отдельные признаки состава преступления по статье 16.18 УАК, с учётом фактических обстоятельств дела не образуют данного состава в полном объёме и подлежат квалификации по статьям 17.3.2 и 17.6 УАК. В данном аспекте стоит отметить, что решающим фактором при квалификации деяния ОТВЕТЧИКА выступило именно гласное одобрение ЗАЯВИТЕЛЯ, который долгое время никак не реагировал на действия ОТВЕЧИКА, поддерживал дискуссию, приводил аргументы и тд, вместо незамедлительного реагирования.
На основании изложенного, руководствуясь главой IV Конституции, Судебным кодексом и иными правовыми актами, Председатель Верховного суда штата Сан-Андреас
ОПРЕДЕЛИЛ:
1. Кассационную жалобу ЗАЯВИТЕЛЯ (( Alina Lola [№ пас. 114963] )) — удовлетворить частично.
2. Отменить параграф 6 Решения Верховного суда штата Сан-Андреас по исковому заявлению №436.
3. Иные параграфы Решения Верховного суда штата Сан-Андреас по исковому заявлению №436 оставить без изменений.
4. Разъяснить, что под правосудием как видовым объектом правонарушений по главе 16 УАК надлежит понимать судебное и досудебную разбирательство, а также внесудебные разбирательства, осуществляемые уполномоченными сотрудниками государственных силовых структур в порядке, установленном Процессуальным кодексом штата Сан-Андреас.
5. Настоящее определение не подлежит обжалованию и вступает в законную силу с момента официального опубликования на портале штата Сан-Андреас.
Председатель Верховного суда
Alex Rothschild
A.R. |
