- Автор темы
- #1
I. Основная информация:
1. Pure Metod;
2. Мужской;
3. 15.05.1970 г;
II. Внешние признаки:
1. Личное фото персонажа:
2. Паспорт:
3. Американец.
4. 163 см.
5. Белый.
6. Черные.
7. Спортивное.
8. Имеются.
III. Родители:
1. Pure Metod;
2. Мужской;
3. 15.05.1970 г;
II. Внешние признаки:
1. Личное фото персонажа:
2. Паспорт:
3. Американец.
4. 163 см.
5. Белый.
6. Черные.
7. Спортивное.
8. Имеются.
III. Родители:
Мать Пьюра была невероятно красива, родившись в грубом ветренном Марселе – она была принцессой. Родители Алексы не могли понять, откуда взялась у их дочери эта неземная красота. Ее мать была грузной крестьянкой с грубыми чертами лица, отвисшей грудью и толстыми ногами. Отец Алексы, коренастый и широкоплечий мужчина, выделялся маленькими бегающими глазками, рыхлой кожей и ранними заплешинами . Сначала ему казалось, что природа просто ошиблась, что это прекрасное светловолосое создание не могло родиться от него и его жены и что, когда Алекса подрастет, она превратится в обычную некрасивую девочку, напоминающую дочерей его знакомых. Однако чудо продолжало расти и расцветать. С каждым днем Алекса становилась все красивее.
Ее мать меньше своего мужа удивлялась появлению в семье златокудрой красавицы. За девять месяцев до рождения Алексы она познакомилась с рослым норвежским моряком, только что сошедшим с грузового судна. Этот огромный блондин с внешностью викинга был красив как бог, и на губах его играла добрая и чарующая улыбка. Пока Жак трудился на работе, в его крохотной квартирке моряк весьма активно провел четверть часа в постели с будущей матерью Алексы.
Когда она увидела, как светловолоса и хороша ее дочь, то испугалась до смерти. Жена Жака пребывала в постоянном страхе, с ужасом ожидая того момента, когда муж поднимет карающий перст и потребует назвать истинного отца Алексы. Однако, к ее великому удивлению, эгоистическое чувство заставило его принять ребенка за своего собственного.
– Вероятно, среди моих предков был кто-то из скандинавов, и Алекса унаследовала их кровь, – хвастался он перед друзьями, – но вы же видите, что у нее есть и мои черты.
Жена молча выслушивала всю эту чепуху, кивала головой в знак согласия и удивлялась мужской глупости.
В семнадцать лет красота Алексы расцвела пышным цветом. У нее были прекрасные, тонкие черты лица, живые фиалковые глаза и пепельные волосы. Ее кожа сохранила свою свежесть и золотистый оттенок, и казалось, что она покрыта тонким слоем меда. У Алексы была потрясающая фигура с полной, красивой грудью, тонкой талией, округлыми бедрами, длинными, стройными ногами и изящными лодыжками. Она обладала своеобразным, мягким и мелодичным голосом. Она не могла спокойно пройти по улице. Прохожие заговаривали с ней и предлагали встретиться в интимной обстановке. Но это были не обычные предложения, с которыми обращаются к марсельским проституткам местные мужчины. Даже самые тупые из них замечали в Алексе нечто особое, что-то такое, чего они никогда раньше не видели и, возможно, не увидят никогда, и каждый из них с готовностью заплатил бы сколько мог, чтобы хоть на время приобщиться к этому нечто. Но Алексе не нужны были эти мужланы – она знала, что создана для чего то особенного. В 18 лет девушка переехала в Париж с широко открытыми васильковыми глазами и сердцем пошла к своей судьбе.
Но в первый же день с ней произошло несчастье – какой то пройдоха украл ее сумочку со всеми ее сбережениями пока она открыв рот остолбенело смотрела на Эйфелеву башню, покорившую Алексу своей красотой. Девушка даже не заметила как это произошло, а опомнившись через долгое время – воришки и след простыл. «Не беда», - подумала Алекса. – «Надо как-то продержаться сегодняшний день, а завтра я найду работу.». Когда девушка собиралась в Париж – она знала, что станет манекенщицей. С ее то данными любой дом высокой моды захочет иметь такую как она. Алекса в себе не сомневалась. Сгущались сумерки. Алексе требовалось найти кого-то, кто бы угостил ее хорошим горячим обедом. Расспросив жандармов, она направилась к отелю «Крийон». Вошла Алекса туда уверенно, сделав вид, что для нее это обычное дело, и села в кресло около лифта. Раньше она никогда так не поступала и с непривычки немного нервничала. Осмотревшись, девушка решила, что ей не составит большого труда привлечь внимание неженатого мужчины, пришедшего в отель пообедать в одиночестве.
– Прошу прощения, мадемуазель...
Алекса подняла голову и увидела высокого мужчину в темном костюме. Она ни разу в жизни не встречала детектива, но в данном случае не сомневалась в профессии заговорившего с ней субъекта.
– Мадемуазель ждет кого-нибудь?
– Да, – ответила Алекса, изо всех сил стараясь, чтобы у нее не дрогнул голос. – Я жду друга.
– Ваш друг проживает в этом отеле?
Она почувствовала, что впадает в панику.
– Он э... э... не совсем.
С минуту он изучал Алексу, а затем сурово сказал:
– Можно посмотреть ваше удостоверение личности?
– У... у... меня его с собой нет, – заикаясь, ответила она. – Я его потеряла.
Детектив заявил ей:
– Не угодно ли мадемуазель пройти со мной?
Он взял Алексу за руку, и она встала.
Тут кто-то взял ее за другую руку со словами:
– Прости, дорогая, я опоздал, но ты же знаешь эти проклятые коктейли. Оттуда не вырвешься. Ты давно ждешь?
Удивленная Алекса резко обернулась, чтобы посмотреть, кто же с ней разговаривает. Ее держал за руку высокий, стройный, сильный мужчина в необычной, незнакомой ей военной форме. У него были иссиня-черные волосы, глаза цвета моря и длинные, пушистые ресницы. Его лицо было невероятно мужественным и красивым, с милыми ямочками на щеках.
Он жестом показал на детектива.
– Этот тип пристает к тебе? – У незнакомца оказался густой, низкий голос. Он говорил по-французски с легким акцентом.
– Н-нет, – Алекса не очень уверенно.
– Прошу прощения, сэр, – вмешался детектив, состоявший на службе при отеле. – Я ошибся... Тут у нас в последнее время появились кое-какие трудности с...
Он повернулся к Алексе:
– Пожалуйста, примите мои извинения, мадемуазель.
Незнакомец обратился к детективу:
– Мадемуазель великодушна. В следующий раз будьте осторожны. – Он взял Алексу под руку, и они направились к двери.
Когда они вышли на улицу, Алекса сказала:
– Уж и не знаю, как вас отблагодарить, месье.
– Всегда ненавидел полицейских. – Незнакомец улыбнулся. – Взять вам такси?
Алекса уставилась на него, и ее снова охватила паника, потому что теперь она яснее представляла себе свое положение.
– Нет, не надо.
– Ну ладно. Спокойной ночи.
Он отправился на стоянку такси, стал садиться в машину, обернулся и увидел, что она по-прежнему стоит как вкопанная и не может оторвать от него глаз. У входа в отель за ней наблюдал детектив. Незнакомец секунду колебался, а затем вернулся к Алексе.
– Вам лучше убраться отсюда, – посоветовал он ей. – Наш общий друг продолжает интересоваться вами.
– Мне некуда идти, – ответила Алекса.
Незнакомец понимающе кивнул и полез в карман.
– Да не нужны мне ваши деньги! – выпалила девушка.
Он удивленно посмотрел на нее.
– Что же тогда вы хотите? – спросил он.
– Пообедать с вами.
Он улыбнулся и сказал:
– Простите, у меня свидание, я и так опаздываю.
– Что ж, тогда поезжайте, – согласилась она. – За меня не беспокойтесь.
Он запихнул деньги обратно в карман.
– Поступай как знаешь, детка, – бросил он ей. – Счастливо оставаться.
Незнакомец повернулся и опять пошел к такси. Алекса смотрела ему вслед и удивлялась, чем же она ему не угодила. Девушка знала, что вела себя глупо, но в то же время понимала, что у нее не было выбора. С того момента, как Алекса впервые взглянула на этого человека, с ней происходило что-то странное. Такого с ней раньше никогда не случалось. Ее захлестнула волна чувств. Алекса не успела спросить, как зовут незнакомца, и, возможно, никогда его больше не встретит. Она посмотрела в сторону отеля и увидела, что прямо к ней идет детектив. Она сама виновата. Теперь уж ей не отвертеться. Алекса почувствовала, что кто-то положил руку ей на плечо, и, когда она повернулась, чтобы посмотреть, кто это, незнакомец схватил ее и потащил к такси. Он быстро открыл дверцу, втолкнул ее в машину и сел рядом. Затем незнакомец назвал водителю какой-то адрес. Такси отъехало, оставив провожавшего их взглядом детектива на обочине.
– А как же ваше свидание? – спросила Алекса.
– Это вечеринка, – пояснил он, пренебрежительно пожав плечами. – Если я туда не приду, ничего страшного не случится. Меня зовут Ларри Дуглас, а как твое имя?
– Алекса.
Пообедав в ресторане Алекса и Ларри пошли гулять по парижским улочкам параллельно болтая обо всем на свете.
В тот же вечер Алекса вместе с Ларри поселилась в небольшой чистой гостинице в центре Парижа. Целыми днями они гуляли по городу, выезжали за город и много смеялись, а ночами занимались любовью в своем номере. Алекса чувствовала невероятную любовь к этому человеку – он был для нее целой вселенной, ей было необходимо его присутствие чтобы дышать, девушка никак не могла поверить в свое счастье.
– Давай обвенчаемся где-нибудь в сельской местности, – однажды предложил Ларри.
– Венчаться в сельской местности – это просто чудесно!
Ларри кивнул головой:
– Решено. Сегодня вечером мне надо вернуться в полк. Встретимся здесь же в следующую пятницу. Тебя это устраивает? – Ларри был американским летчиком.
– Я... не знаю, смогу ли я жить без тебя так долго, – ответила Алекса, и унее задрожал голос.
Ларри крепко обнял ее и прижал к себе.
– Ты меня любишь? – спросил он.
– Больше жизни, – сказала Алекса просто и искренне.
Через два часа Ларри уже возвращался в Англию. Он не позволил Алексе проводить его в аэропорт.
– Я не люблю прощаний, – объяснил он ей. Ларри протянул ей целую пачку франков. – Купи себе свадебный наряд, принцесса. Увидимся на следующей неделе.
И он уехал.
Неделю Алекса не могла прийти в себя от счастья. Она бродила по тем кварталам Парижа, где они гуляли вместе с Ларри, и часами мечтала об их будущей совместной жизни. И все же дни тянулись крайне медленно, минуты вырастали в долгие часы, и ей казалось, что она сойдет с ума от ожидания.
Настало долгожданное воскресенье. Алекса всю ночь не спала представляя долгожданную встречу. Утром она встала, сходила в душ и долго выбирала наряд. Закончив приготовления она подумала, что еще никогда не была так красива. Она села на их с Ларри кровать и стала ждать. Наступил вечер, но Ларри так и не обьявился. В голове у Алексы кружились жуткие мысли «А вдруг с ним что то случилось? Вдург Ларри нужна помощь?». Помучавшись до утра Алекса впала в обрывчатый кошмарный сон. Проснувшись через несколько часов она начала действовать. Просидев целый день на телефоне она так и не смогла добиться того, чтобы ее соединили с эскадрильей Ларри. Она впала в панику и была уверенна, что Ларри уже нет в живых. Когда Алексе удалось вновь дозвониться до аэродрома, было уже одиннадцать часов вечера. Послышался прерывающийся голос:
– Воздушная база «Черч Фентон».
– Позовите, пожалуйста... – Она даже не знала его звания. Лейтенант? Капитан? Майор? – Позовите, пожалуйста, Ларри Дугласа. Его спрашивает невеста.
– Мисс, я вас не слышу. Пожалуйста, говорите громче!
Впадая в панику, Алекса вноовь прокричала те же слова. Она была уверена, что человек на другом конце провода старается скрыть от нее, что Ларри нет в живых. Совершенно неожиданно слышимость стала идеальной. Четкий голос переспросил ее:
– Лейтенанта Ларри Дугласа?
– Да, – ответила Алекса, с трудом сдерживаясь.
– Подождите минуточку.
Ей казалось, что прошла целая вечность, прежде чем тот же голос произнес:
– Лейтенант Дуглас отпущен в увольнение на субботу и воскресенье. Если у вас что-нибудь срочное, его можно застать в танцевальном зале гостиницы «Савой» на вечеринке у генерала Дэвиса.
На этом связь прервалась.
Мир Алексы рухнул. Спустя три недели она узнала, что беременна. Алекса стала ухаживать за собой, ела много полезных фруктов, много времени проводила на свежем воздухе.
– Я хочу, чтобы ты вырос большим и сильным, – говорила она, поглощая очередную порцию молока и поглаживая растущий живот. – Я хочу, чтобы ты был здоровым... здоровым и сильным, когда тебе придется умирать.
Она отомстит Ларри через его ребенка. Алекса сблизилась с доктором, и часто задавала ему странные вопросы.
- Как сейчас выглядит ребенок? Есть у него глаза и уши? Пальцы на руках и ногах? Чувствует ли он боль?
В конце пятого месяца беременности Алекса поняла, что отродье Ларри готово к тому, что ему суждено. Она позвонила доктору, который был в тайне в нее влюблен и умоляющим голосом попросила его к ней приехать. Когда доктор вошел в номер Алексы, она лежала на полу в луже крови. От обильного кровотечения у нее мертвенно побледнело лицо, но на нем не отразились те нечеловеческие муки, которые, по всей вероятности, испытывало ее тело. На Алексе было что-то похожее на подвенечное платье. Доктор опустился на колени рядом с ней и спросил:
– Что случилось? Как...
Он тут же замолк, потому что в глаза ему бросилась окровавленная, искривленная одежная вешалка, валявшаяся у ее ног.
Чудом оставшись в живых Алекса очнулась в больнице. «Я сделала это», - ликующе подумала девушка. –«Отродье Ларри скончалось в муках».
Она сбежала с больницы раньше выписки, не попрощавшись с доктором. Через пару месяцев, очаровав пожилого, толстого коротышку американца на одной из вечеринок в отеле «Савой» Алекса уехала с ним в Америку и сразу же согласилась выйти за него замуж. Ее не волновал новоиспеченный муж, с его жирными пальцами и сальной кожей – благо за его спиной было целое состояние. Она найдет Ларри и отомстит ему. Ребенок – только начало.
IV. Детство:
Ее мать меньше своего мужа удивлялась появлению в семье златокудрой красавицы. За девять месяцев до рождения Алексы она познакомилась с рослым норвежским моряком, только что сошедшим с грузового судна. Этот огромный блондин с внешностью викинга был красив как бог, и на губах его играла добрая и чарующая улыбка. Пока Жак трудился на работе, в его крохотной квартирке моряк весьма активно провел четверть часа в постели с будущей матерью Алексы.
Когда она увидела, как светловолоса и хороша ее дочь, то испугалась до смерти. Жена Жака пребывала в постоянном страхе, с ужасом ожидая того момента, когда муж поднимет карающий перст и потребует назвать истинного отца Алексы. Однако, к ее великому удивлению, эгоистическое чувство заставило его принять ребенка за своего собственного.
– Вероятно, среди моих предков был кто-то из скандинавов, и Алекса унаследовала их кровь, – хвастался он перед друзьями, – но вы же видите, что у нее есть и мои черты.
Жена молча выслушивала всю эту чепуху, кивала головой в знак согласия и удивлялась мужской глупости.
В семнадцать лет красота Алексы расцвела пышным цветом. У нее были прекрасные, тонкие черты лица, живые фиалковые глаза и пепельные волосы. Ее кожа сохранила свою свежесть и золотистый оттенок, и казалось, что она покрыта тонким слоем меда. У Алексы была потрясающая фигура с полной, красивой грудью, тонкой талией, округлыми бедрами, длинными, стройными ногами и изящными лодыжками. Она обладала своеобразным, мягким и мелодичным голосом. Она не могла спокойно пройти по улице. Прохожие заговаривали с ней и предлагали встретиться в интимной обстановке. Но это были не обычные предложения, с которыми обращаются к марсельским проституткам местные мужчины. Даже самые тупые из них замечали в Алексе нечто особое, что-то такое, чего они никогда раньше не видели и, возможно, не увидят никогда, и каждый из них с готовностью заплатил бы сколько мог, чтобы хоть на время приобщиться к этому нечто. Но Алексе не нужны были эти мужланы – она знала, что создана для чего то особенного. В 18 лет девушка переехала в Париж с широко открытыми васильковыми глазами и сердцем пошла к своей судьбе.
Но в первый же день с ней произошло несчастье – какой то пройдоха украл ее сумочку со всеми ее сбережениями пока она открыв рот остолбенело смотрела на Эйфелеву башню, покорившую Алексу своей красотой. Девушка даже не заметила как это произошло, а опомнившись через долгое время – воришки и след простыл. «Не беда», - подумала Алекса. – «Надо как-то продержаться сегодняшний день, а завтра я найду работу.». Когда девушка собиралась в Париж – она знала, что станет манекенщицей. С ее то данными любой дом высокой моды захочет иметь такую как она. Алекса в себе не сомневалась. Сгущались сумерки. Алексе требовалось найти кого-то, кто бы угостил ее хорошим горячим обедом. Расспросив жандармов, она направилась к отелю «Крийон». Вошла Алекса туда уверенно, сделав вид, что для нее это обычное дело, и села в кресло около лифта. Раньше она никогда так не поступала и с непривычки немного нервничала. Осмотревшись, девушка решила, что ей не составит большого труда привлечь внимание неженатого мужчины, пришедшего в отель пообедать в одиночестве.
– Прошу прощения, мадемуазель...
Алекса подняла голову и увидела высокого мужчину в темном костюме. Она ни разу в жизни не встречала детектива, но в данном случае не сомневалась в профессии заговорившего с ней субъекта.
– Мадемуазель ждет кого-нибудь?
– Да, – ответила Алекса, изо всех сил стараясь, чтобы у нее не дрогнул голос. – Я жду друга.
– Ваш друг проживает в этом отеле?
Она почувствовала, что впадает в панику.
– Он э... э... не совсем.
С минуту он изучал Алексу, а затем сурово сказал:
– Можно посмотреть ваше удостоверение личности?
– У... у... меня его с собой нет, – заикаясь, ответила она. – Я его потеряла.
Детектив заявил ей:
– Не угодно ли мадемуазель пройти со мной?
Он взял Алексу за руку, и она встала.
Тут кто-то взял ее за другую руку со словами:
– Прости, дорогая, я опоздал, но ты же знаешь эти проклятые коктейли. Оттуда не вырвешься. Ты давно ждешь?
Удивленная Алекса резко обернулась, чтобы посмотреть, кто же с ней разговаривает. Ее держал за руку высокий, стройный, сильный мужчина в необычной, незнакомой ей военной форме. У него были иссиня-черные волосы, глаза цвета моря и длинные, пушистые ресницы. Его лицо было невероятно мужественным и красивым, с милыми ямочками на щеках.
Он жестом показал на детектива.
– Этот тип пристает к тебе? – У незнакомца оказался густой, низкий голос. Он говорил по-французски с легким акцентом.
– Н-нет, – Алекса не очень уверенно.
– Прошу прощения, сэр, – вмешался детектив, состоявший на службе при отеле. – Я ошибся... Тут у нас в последнее время появились кое-какие трудности с...
Он повернулся к Алексе:
– Пожалуйста, примите мои извинения, мадемуазель.
Незнакомец обратился к детективу:
– Мадемуазель великодушна. В следующий раз будьте осторожны. – Он взял Алексу под руку, и они направились к двери.
Когда они вышли на улицу, Алекса сказала:
– Уж и не знаю, как вас отблагодарить, месье.
– Всегда ненавидел полицейских. – Незнакомец улыбнулся. – Взять вам такси?
Алекса уставилась на него, и ее снова охватила паника, потому что теперь она яснее представляла себе свое положение.
– Нет, не надо.
– Ну ладно. Спокойной ночи.
Он отправился на стоянку такси, стал садиться в машину, обернулся и увидел, что она по-прежнему стоит как вкопанная и не может оторвать от него глаз. У входа в отель за ней наблюдал детектив. Незнакомец секунду колебался, а затем вернулся к Алексе.
– Вам лучше убраться отсюда, – посоветовал он ей. – Наш общий друг продолжает интересоваться вами.
– Мне некуда идти, – ответила Алекса.
Незнакомец понимающе кивнул и полез в карман.
– Да не нужны мне ваши деньги! – выпалила девушка.
Он удивленно посмотрел на нее.
– Что же тогда вы хотите? – спросил он.
– Пообедать с вами.
Он улыбнулся и сказал:
– Простите, у меня свидание, я и так опаздываю.
– Что ж, тогда поезжайте, – согласилась она. – За меня не беспокойтесь.
Он запихнул деньги обратно в карман.
– Поступай как знаешь, детка, – бросил он ей. – Счастливо оставаться.
Незнакомец повернулся и опять пошел к такси. Алекса смотрела ему вслед и удивлялась, чем же она ему не угодила. Девушка знала, что вела себя глупо, но в то же время понимала, что у нее не было выбора. С того момента, как Алекса впервые взглянула на этого человека, с ней происходило что-то странное. Такого с ней раньше никогда не случалось. Ее захлестнула волна чувств. Алекса не успела спросить, как зовут незнакомца, и, возможно, никогда его больше не встретит. Она посмотрела в сторону отеля и увидела, что прямо к ней идет детектив. Она сама виновата. Теперь уж ей не отвертеться. Алекса почувствовала, что кто-то положил руку ей на плечо, и, когда она повернулась, чтобы посмотреть, кто это, незнакомец схватил ее и потащил к такси. Он быстро открыл дверцу, втолкнул ее в машину и сел рядом. Затем незнакомец назвал водителю какой-то адрес. Такси отъехало, оставив провожавшего их взглядом детектива на обочине.
– А как же ваше свидание? – спросила Алекса.
– Это вечеринка, – пояснил он, пренебрежительно пожав плечами. – Если я туда не приду, ничего страшного не случится. Меня зовут Ларри Дуглас, а как твое имя?
– Алекса.
Пообедав в ресторане Алекса и Ларри пошли гулять по парижским улочкам параллельно болтая обо всем на свете.
В тот же вечер Алекса вместе с Ларри поселилась в небольшой чистой гостинице в центре Парижа. Целыми днями они гуляли по городу, выезжали за город и много смеялись, а ночами занимались любовью в своем номере. Алекса чувствовала невероятную любовь к этому человеку – он был для нее целой вселенной, ей было необходимо его присутствие чтобы дышать, девушка никак не могла поверить в свое счастье.
– Давай обвенчаемся где-нибудь в сельской местности, – однажды предложил Ларри.
– Венчаться в сельской местности – это просто чудесно!
Ларри кивнул головой:
– Решено. Сегодня вечером мне надо вернуться в полк. Встретимся здесь же в следующую пятницу. Тебя это устраивает? – Ларри был американским летчиком.
– Я... не знаю, смогу ли я жить без тебя так долго, – ответила Алекса, и унее задрожал голос.
Ларри крепко обнял ее и прижал к себе.
– Ты меня любишь? – спросил он.
– Больше жизни, – сказала Алекса просто и искренне.
Через два часа Ларри уже возвращался в Англию. Он не позволил Алексе проводить его в аэропорт.
– Я не люблю прощаний, – объяснил он ей. Ларри протянул ей целую пачку франков. – Купи себе свадебный наряд, принцесса. Увидимся на следующей неделе.
И он уехал.
Неделю Алекса не могла прийти в себя от счастья. Она бродила по тем кварталам Парижа, где они гуляли вместе с Ларри, и часами мечтала об их будущей совместной жизни. И все же дни тянулись крайне медленно, минуты вырастали в долгие часы, и ей казалось, что она сойдет с ума от ожидания.
Настало долгожданное воскресенье. Алекса всю ночь не спала представляя долгожданную встречу. Утром она встала, сходила в душ и долго выбирала наряд. Закончив приготовления она подумала, что еще никогда не была так красива. Она села на их с Ларри кровать и стала ждать. Наступил вечер, но Ларри так и не обьявился. В голове у Алексы кружились жуткие мысли «А вдруг с ним что то случилось? Вдург Ларри нужна помощь?». Помучавшись до утра Алекса впала в обрывчатый кошмарный сон. Проснувшись через несколько часов она начала действовать. Просидев целый день на телефоне она так и не смогла добиться того, чтобы ее соединили с эскадрильей Ларри. Она впала в панику и была уверенна, что Ларри уже нет в живых. Когда Алексе удалось вновь дозвониться до аэродрома, было уже одиннадцать часов вечера. Послышался прерывающийся голос:
– Воздушная база «Черч Фентон».
– Позовите, пожалуйста... – Она даже не знала его звания. Лейтенант? Капитан? Майор? – Позовите, пожалуйста, Ларри Дугласа. Его спрашивает невеста.
– Мисс, я вас не слышу. Пожалуйста, говорите громче!
Впадая в панику, Алекса вноовь прокричала те же слова. Она была уверена, что человек на другом конце провода старается скрыть от нее, что Ларри нет в живых. Совершенно неожиданно слышимость стала идеальной. Четкий голос переспросил ее:
– Лейтенанта Ларри Дугласа?
– Да, – ответила Алекса, с трудом сдерживаясь.
– Подождите минуточку.
Ей казалось, что прошла целая вечность, прежде чем тот же голос произнес:
– Лейтенант Дуглас отпущен в увольнение на субботу и воскресенье. Если у вас что-нибудь срочное, его можно застать в танцевальном зале гостиницы «Савой» на вечеринке у генерала Дэвиса.
На этом связь прервалась.
Мир Алексы рухнул. Спустя три недели она узнала, что беременна. Алекса стала ухаживать за собой, ела много полезных фруктов, много времени проводила на свежем воздухе.
– Я хочу, чтобы ты вырос большим и сильным, – говорила она, поглощая очередную порцию молока и поглаживая растущий живот. – Я хочу, чтобы ты был здоровым... здоровым и сильным, когда тебе придется умирать.
Она отомстит Ларри через его ребенка. Алекса сблизилась с доктором, и часто задавала ему странные вопросы.
- Как сейчас выглядит ребенок? Есть у него глаза и уши? Пальцы на руках и ногах? Чувствует ли он боль?
В конце пятого месяца беременности Алекса поняла, что отродье Ларри готово к тому, что ему суждено. Она позвонила доктору, который был в тайне в нее влюблен и умоляющим голосом попросила его к ней приехать. Когда доктор вошел в номер Алексы, она лежала на полу в луже крови. От обильного кровотечения у нее мертвенно побледнело лицо, но на нем не отразились те нечеловеческие муки, которые, по всей вероятности, испытывало ее тело. На Алексе было что-то похожее на подвенечное платье. Доктор опустился на колени рядом с ней и спросил:
– Что случилось? Как...
Он тут же замолк, потому что в глаза ему бросилась окровавленная, искривленная одежная вешалка, валявшаяся у ее ног.
Чудом оставшись в живых Алекса очнулась в больнице. «Я сделала это», - ликующе подумала девушка. –«Отродье Ларри скончалось в муках».
Она сбежала с больницы раньше выписки, не попрощавшись с доктором. Через пару месяцев, очаровав пожилого, толстого коротышку американца на одной из вечеринок в отеле «Савой» Алекса уехала с ним в Америку и сразу же согласилась выйти за него замуж. Ее не волновал новоиспеченный муж, с его жирными пальцами и сальной кожей – благо за его спиной было целое состояние. Она найдет Ларри и отомстит ему. Ребенок – только начало.
IV. Детство:
Кристиан Метод был богатым инвестором и обладал офисом-пентхаусом самого высокого небоскреба в Лос-Сантосе. Сколотив состояние на биржевых бумагах, облигациях и парочке рискованных вложений он обеспечил свое потомство на несколько поколений вперед. Только вот потомства не было. Эскортницы и содержанки, которые у него были до Алексы, по мнению Криса не были достойным сосудом для вынашивания его ребенка. Когда, в командировке в Париже, он впервые встретил Алексу – он подумал что ослеп. Девушка была настолько чиста и невинна, в легком белом платье и распущенными по плечам длинными золотыми волосами. Кристиан собрался с духом, взглянул на себя в зеркало – маленькие глазки и толстые губы выделялись на круглом лице, попытавшись втянуть большой живот, обтянутый дорогой рубашкой он встал и тяжелой походкой направился к Алексе.
Девушка сидела и невинными глазами осматривала зал. А в голове струился поток мыслей. От знакомой коньсержки несколько дней до этого, Алекса узнала о большом сьезде американских инвесторов и в частности о Кристиане Методе. Купив журнал, посвященный финансовой ситуации в мире, она прочитала длинную заметку о нем. «Неженатый магнат, обладающий одним из самых больших состояний Америки…Гениальный финансист..» - далее Алекса читать не стала, она выяснила все, что ей было нужно. Теперь, наблюдая краем глаза как мешок с деньгами направляется в ее сторону подавила смешок и отпила маленький глоток шампанского из бокала.
-Здравствуйте, мадмуазель, позвольте присесть рядом с Вами, - обратился к ней Кристиан.
-Добрый вечер, - ответила Алекса добавив немного французского акцента.
-Вы – самое прекрасное существо, что я когда либо видел.
Алекса смущенно опустила глаза и застенчиво улыбнулась. На протяжении недели она позволяла Кристиану ухаживать за ней, но строила из себя недотрогу, не принимая слишком дорогих подарков и радуясь маленьким милым мелочам. Она искусно водила вокруг своего милого пальчика одну из самых важных фигур в финансовом мире и вскружила ему голову до умопомрачения.
-Завтра мне нужно возвращаться в Америку, принцесса моя. Поехали со мной, я тебя умоляю. Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой, но если тебе нужно время просто будь рядом. Я буду ждать сколько угодно, - смотря на Алексу влюбленными, умоляющими глазами сказал однажды Кристиан.
-Хорошо месье, я подумаю, - скромно ответила девушка.
Прошло два года.
В дорогой частной клинике в центре Лос-Сантоса Алекса родила сына Кристиана. Роды были непростыми и спустя 10 часов в операционной хирурги извлекли из нее мальчика посредством кесарева-сечения. С самого рождения мальчик был с дефектами – безобразная заячья губа и почти несформированная нижняя челюсть делали его похожим на горбуна из Нотердама. Лицо ребенка было буквально разделено на две половины под носом, и межу носом и губой зияла огромная дыра. В возрасте 6 месяцев младенцу провели его первую пластическую операцию, попытавшись сшить две половины верхней губы вместе, но в то время ринопластика была делом довольно редким и у Пьера навсегда остался огромный зарубцевавшийся шрам. На фоне несформированной нижней части лица и огромного шрама под носом и на нижней губе – по ходу взросления на лице Пьюра довольно комично смотрелись непропорционально огромные глаза разного размера.
Когда Пьюру было три года от роду – Алекса сбежала, обчистив под чистую все счета влюбленного Кристиана, полный доступ к которым он сам ей и дал, как доказательство своей безграничной любви и веры сразу же после их свадьбы.
У Кристиана не осталось средств, чтобы поддерживать свои облигации и долговые расписки и вскоре Кристиан обанкротился.
Он с сыном переехал вы маленькую квартирку в спальном районе и устроился на работу обычным финансовым аналитиком в дешевую компанию. Детство Пьюра было довольно обычным, насколько такое возможно, учитывая обстоятельства его внешности. В процессе взросления и формирования тела стало ясно, что у Пьюра ко всему прочему непропорциональные ноги, одна нога была длиннее другой из за чего ребенок хромал и испытывал трудности с передвижением.
Летним теплым вечером сидя на скамейке возле футбольного поля и грустно смотря, как соседские мальчишки с криком и задорными визгами играют в футбол Пьюр вдруг резко почувствовал удар в лицо и резкую боль. Кровь закапала из разбитого носа, а к Пьюру подбежала женщина выгуливающая собаку недалеко от него. Детские крики сразу же смолкли и все уставились на пьюра.
-Все хорошо, все хорошо, сейчас я отведу тебя домой. Где ты живешь? – спросила женщина Пьюра.
-Тут… Тут недалеко, - пробормотал мальчик, кровь мешала ему говорить.
Женщина проводила Пьюра домой, к счастью отец был дома. Мальчику остановили кровь с помощью ватных тампонов.
-Что произошло? - спросил Кристиан. С момента побега жены его взгляд потух навсегда, он сильно похудел и осунулся. Кожа, когда то обтягивающая приличную тушу не регенерировала с такой резкой потерей веса и свисала лохмотьями на руках и животе Кристиана.
-Мальчишки случайно пнули футбольный мяч не в ту сторону и он угодил в лицо вашего сына, - ответила женщина.
- Почему ты не увернулся? – озадаченно спросил отец Пьюра.
-Я.. я его не видел, - прошептал мальчик.
На следующий день Кристиан повел сына к окулисту, где выяснилось, что у Пьюра сильная близорукость.
К семнадцати годам тело Пьюра было полностью сформировано. Если ноги к этому возрасту более или менее пришли в норму и осталась лишь небольшая хромота, то с лицом все было печально. Огромный шрам под носом, несформированная, дефектная нижняя челюсть, сломанный и скошенный в сторону нос – последствие удара мяча, а так же огромные глаза, чью несимметричность подчеркивали толстые диоптрии очков.
Несмотря на всю внешнюю уродливость мозг Пьюра работал как компьютер. С детства Пьюр обладал фотографической памятью, прочитал более тысячи книг и каждую мог процитировать чуть ли не наизусть. В школу ему ходить было скучно, так как его айкью было почти в два раза выше чем у большинства учитилей, но он ходил туда исправно ради отца. Друзей у Пьюра не было, другие дети его избегали, но не трогали. Это не сильно печалило парня – они были ему не нужны.
Не задолго после окончания школы скончался отец и Пьюр вздохнул с облегчением. Кристиан так и не оправился от потери жены. Про мать же Пьюр ничего больше не слышал. Хотел ли он найти ее? Нет. Теперь он остался один во всем мире и не нужно ни о ком забоиться кроме себя самого.
V. Образование/Взрослая жизнь:
Девушка сидела и невинными глазами осматривала зал. А в голове струился поток мыслей. От знакомой коньсержки несколько дней до этого, Алекса узнала о большом сьезде американских инвесторов и в частности о Кристиане Методе. Купив журнал, посвященный финансовой ситуации в мире, она прочитала длинную заметку о нем. «Неженатый магнат, обладающий одним из самых больших состояний Америки…Гениальный финансист..» - далее Алекса читать не стала, она выяснила все, что ей было нужно. Теперь, наблюдая краем глаза как мешок с деньгами направляется в ее сторону подавила смешок и отпила маленький глоток шампанского из бокала.
-Здравствуйте, мадмуазель, позвольте присесть рядом с Вами, - обратился к ней Кристиан.
-Добрый вечер, - ответила Алекса добавив немного французского акцента.
-Вы – самое прекрасное существо, что я когда либо видел.
Алекса смущенно опустила глаза и застенчиво улыбнулась. На протяжении недели она позволяла Кристиану ухаживать за ней, но строила из себя недотрогу, не принимая слишком дорогих подарков и радуясь маленьким милым мелочам. Она искусно водила вокруг своего милого пальчика одну из самых важных фигур в финансовом мире и вскружила ему голову до умопомрачения.
-Завтра мне нужно возвращаться в Америку, принцесса моя. Поехали со мной, я тебя умоляю. Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой, но если тебе нужно время просто будь рядом. Я буду ждать сколько угодно, - смотря на Алексу влюбленными, умоляющими глазами сказал однажды Кристиан.
-Хорошо месье, я подумаю, - скромно ответила девушка.
Прошло два года.
В дорогой частной клинике в центре Лос-Сантоса Алекса родила сына Кристиана. Роды были непростыми и спустя 10 часов в операционной хирурги извлекли из нее мальчика посредством кесарева-сечения. С самого рождения мальчик был с дефектами – безобразная заячья губа и почти несформированная нижняя челюсть делали его похожим на горбуна из Нотердама. Лицо ребенка было буквально разделено на две половины под носом, и межу носом и губой зияла огромная дыра. В возрасте 6 месяцев младенцу провели его первую пластическую операцию, попытавшись сшить две половины верхней губы вместе, но в то время ринопластика была делом довольно редким и у Пьера навсегда остался огромный зарубцевавшийся шрам. На фоне несформированной нижней части лица и огромного шрама под носом и на нижней губе – по ходу взросления на лице Пьюра довольно комично смотрелись непропорционально огромные глаза разного размера.
Когда Пьюру было три года от роду – Алекса сбежала, обчистив под чистую все счета влюбленного Кристиана, полный доступ к которым он сам ей и дал, как доказательство своей безграничной любви и веры сразу же после их свадьбы.
У Кристиана не осталось средств, чтобы поддерживать свои облигации и долговые расписки и вскоре Кристиан обанкротился.
Он с сыном переехал вы маленькую квартирку в спальном районе и устроился на работу обычным финансовым аналитиком в дешевую компанию. Детство Пьюра было довольно обычным, насколько такое возможно, учитывая обстоятельства его внешности. В процессе взросления и формирования тела стало ясно, что у Пьюра ко всему прочему непропорциональные ноги, одна нога была длиннее другой из за чего ребенок хромал и испытывал трудности с передвижением.
Летним теплым вечером сидя на скамейке возле футбольного поля и грустно смотря, как соседские мальчишки с криком и задорными визгами играют в футбол Пьюр вдруг резко почувствовал удар в лицо и резкую боль. Кровь закапала из разбитого носа, а к Пьюру подбежала женщина выгуливающая собаку недалеко от него. Детские крики сразу же смолкли и все уставились на пьюра.
-Все хорошо, все хорошо, сейчас я отведу тебя домой. Где ты живешь? – спросила женщина Пьюра.
-Тут… Тут недалеко, - пробормотал мальчик, кровь мешала ему говорить.
Женщина проводила Пьюра домой, к счастью отец был дома. Мальчику остановили кровь с помощью ватных тампонов.
-Что произошло? - спросил Кристиан. С момента побега жены его взгляд потух навсегда, он сильно похудел и осунулся. Кожа, когда то обтягивающая приличную тушу не регенерировала с такой резкой потерей веса и свисала лохмотьями на руках и животе Кристиана.
-Мальчишки случайно пнули футбольный мяч не в ту сторону и он угодил в лицо вашего сына, - ответила женщина.
- Почему ты не увернулся? – озадаченно спросил отец Пьюра.
-Я.. я его не видел, - прошептал мальчик.
На следующий день Кристиан повел сына к окулисту, где выяснилось, что у Пьюра сильная близорукость.
К семнадцати годам тело Пьюра было полностью сформировано. Если ноги к этому возрасту более или менее пришли в норму и осталась лишь небольшая хромота, то с лицом все было печально. Огромный шрам под носом, несформированная, дефектная нижняя челюсть, сломанный и скошенный в сторону нос – последствие удара мяча, а так же огромные глаза, чью несимметричность подчеркивали толстые диоптрии очков.
Несмотря на всю внешнюю уродливость мозг Пьюра работал как компьютер. С детства Пьюр обладал фотографической памятью, прочитал более тысячи книг и каждую мог процитировать чуть ли не наизусть. В школу ему ходить было скучно, так как его айкью было почти в два раза выше чем у большинства учитилей, но он ходил туда исправно ради отца. Друзей у Пьюра не было, другие дети его избегали, но не трогали. Это не сильно печалило парня – они были ему не нужны.
Не задолго после окончания школы скончался отец и Пьюр вздохнул с облегчением. Кристиан так и не оправился от потери жены. Про мать же Пьюр ничего больше не слышал. Хотел ли он найти ее? Нет. Теперь он остался один во всем мире и не нужно ни о ком забоиться кроме себя самого.
V. Образование/Взрослая жизнь:
Пьюр попытался вступить в полицию Лос-Сантоса, но не прошел по физическим данным и тогда стал частным сыщиком. Он видел в себе охотника, преследующего тех, кто нарушает закон. С подросткового периода Пьюр носил что-то типа банданы на нижней части лица дабы прикрыть свои уродства, но бывали периоды в его жизни, когда ему становилось абсолютно все равно и он переставал ее носить. Потом снова надевал и не снимал годами. Этот цикл преследовал его до окончания его дней.
Пьюр Метод работал сыщиком в крупной страховой компании и расследовал многочисленные попытки бедолаг обмануть страховую. Как то раз его отправили в новый Орлеан. Клиент страховой компании заявил, что женщина украла у него очень дорогую картину, очень ценную. Воровку осудили, но картину так и не нашли. Пьюр добился у начальника тюрьмы встречи с этой женщиной.
– Меня зовут Пьюр Метод, – проговорил он, когда осужденная женщина вошла в камеру переговоров. – Начальник тюрьмы позволил мне поговорить с вами.
– О чем? – подозрительно спросила Трейси.
– Я занимаюсь расследованием по поручению МАЗС – Международной ассоциации защиты страховщиков. Один из наших клиентов застраховал Ренуара, украденного у мистера Джозефа Романо.
Трейси глубоко вздохнула.
– Ничем не могу вам помочь. Я его не крала. – И повернулась к двери.
Но следующая фраза Пьюра задержала ее.
– Я знаю, – бросил он.
Трейси настороженно обернулась.
– Его никто не крал. Вас подставили, мисс Уитни.
Трейси медленно опустилась на стул.
Пьюр Метод начал заниматься этим делом три недели назад, когда в штаб-квартире МАЗС в Лос-Сантосе его вы звал в кабинет Джей-Джей Рейнолдс, его начальник.
– Пьюр, у меня для тебя задание, – начал он.
– Буду краток. – Рейнолдс не хотел распространяться, потому что Пьюр нервировал его. По правде сказать, тот раздражал многих в их конторе. Странный мужик – с причудой, так почти все о нем говорили. Пьюр Метод держался особняком. Никто не знал, где он живет, женат ли, есть ли у него дети. Он ни с кем не общался и никогда не приходил на корпоративные сборища и вечеринки. Был одиночкой, и Рейнолдс терпел его только потому, что Пьюр был настоящим гением. Бульдогом с компьютером вместо мозгов. Он один вернул больше похищенных ценностей и раскрыл больше махинаций, чем все остальные следователи их фирмы. Рейнолдс никак не мог понять этого чертова Пьюра. Одно то, что тот сидел перед ним, уставившись на него темными глазами фанатика, выводило Рейнолдса из равновесия. Он приступил к делу: – Один из клиентов нашей конторы застраховал картину на полмиллиона долларов и…
– Ренуара. Новоорлеанец. Джо Романо. Женщину по имени Трейси Уитни осудили на пятнадцать лет. Полотно так и не нашли.
«Сукин сын! – подумал Рейнолдс. – Если бы это был кто-нибудь другой, то я решил бы, что он выпендривается». А вслух пробормотал:
– Совершенно верно. Эта Уитни где-то припрятала Ренуара. Картину надо отыскать. Приступай к делу.
Пьюр повернулся и, не говоря ни слова, вышел из кабинета. Рейнолдс смотрел ему вслед и в который раз думал: «Настанет час, и я все-таки выясню, что в голове у этого мерзавца».
Пьюр миновал зал, где бок о бок трудились пятьдесят его коллег: программировали компьютеры, печатали отчеты и отвечали на телефонные звонки. Это был настоящий бедлам. Один из сотрудников бросил ему:
– Слышал, тебе поручили дело Романо. Повезло… Новый Орлеан – это…
Пьюр прошел, не ответив. Почему его никак не оставят в покое? Только это ему и нужно от них, но к нему продолжают назойливо приставать с настырными предложениями:
– Не хочешь поужинать с нами в пятницу, Пьюр?..
– Слушай, Метод, если ты не женат, мы с Сарой знаем симпатичную девчонку…
Неужели они не понимают, что его раздражает их навязчивость, что он ни в ком из них не нуждается?
– Мы только выпьем и все…
Но Пьюра было не провести: он понимал, что за невинной выпивкой последует ужин, завяжется дружба, последуют откровения, а это слишком опасно.
Пьюр жил в смертельном страхе, что кто-нибудь в конце концов разузнает о его настоящих увлечениях. Бульварные листки то и дело вытаскивают на свет божий очередной старый скандал. В таких случаях Пьюр пропадал на несколько дней. Только в такие периоды он напивался.
Если бы Пьюр Метод решился поведать о своих чувствах и делах, то на полную катушку обеспечил бы работой психиатра, но он не смел и пикнуть. Дело было в том, что Пьюр состоял в клубе анонимных мазохистов-извращенцев. Уже много много лет он и другие поехавшие собирались в загородных особняках, наносили себе на лица улыбчивый грим клоунов, а затем острыми, длинными, коллекционными скальпелями делали надрезы на телах других, а так же давали для порезов свое собственное тело. Дома в сейфе, спрятанном за стеной, Пьюр хранил свою коллекцию скальпелей – какие то были куплены лично им, какие то он просто украл во время подобных анонимных сборищ, а так же набор красок для грима. Довольно часто, вечерами, он доставал свою коллекцию и взяв в руки один из скальпелей погружался в воспоминания, что именно и как он им резал. Это была его личная психотерапия.
Новый Орлеан стал первой остановкой Пьюра Метода. Он провел в городе пять дней, после чего знал все, что ему нужно, о Джо Романо, выяснил, что тот был правой рукой одного из влиятельных глав организованной преступности в Новом Орлеане, о Гарри Поупе – продажном судье которого спонсирует мафия. Пьюр прочитал стенограмму судебного слушания по делу Трейси Уитни и ее приговор. Встретился с Отто Шмидтом – другом семьи осужденной женщины, и тот рассказал ему, что Джо Романо с бандой надули компанию Уитни, отобрав у нее бизнес, из за чего в последующем мать Трейси покончила с собой. Во время встреч Пьюр не делал никаких записей, но мог бы дословно воспроизвести любую беседу. Он был на девяносто девять процентов уверен, что Трейси Уитни – не преступница, а невинная жертва, но и один процент считал недопустимой погрешностью.
И вот теперь Пьюр рассматривал сидевшую напротив него женщину, уже на сто процентов уверенный в том, что она не имела отношения к краже картины. Он был готов писать доклад.
– Романо подставил вас, мисс Уитни. Рано или поздно он объявил бы о краже полотна. Вы просто подвернулись ему в нужный момент и стали легкой добычей.
У Трейси участился пульс. Этот человек знал, что она невиновна. И вероятно, собрал против Романо достаточно улик, чтобы ее оправдали. Он поговорит с начальником тюрьмы, и тот вытащит ее из этого кошмара. Внезапно Трейси стало трудно дышать.
– Так вы поможете мне?
– Помочь вам? – удивился Пьюр Метод.
– Ну да… добьетесь помилования или еще как-нибудь…
– Нет.
Слово хлестнуло, будто пощечина.
– Нет? Но почему? Вы же уверены, что я невиновна…
Почему все люди так глупы? Подумал Пьюр.
– Мое задание завершено.
Вернувшись в свой номер в гостинице, Пьюр сразу разделся и встал под душ. Он тер себя с головы до ног и почти полчаса орошал тело горячими как кипяток струями. Потом, вытершись и одевшись, сел писать рапорт.
Кому: Рейнолдсу Джей-Джей. Файл Y-72-830-412. От: Пьюра Метода.
Предмет: Ренуар, масло, холст.
По моему убеждению, Трейси Уитни никоим образом не замешана в краже картины. Убежден, Джо Романо за страховал полотно с тем, чтобы обманным путем получить страховую премию и перепродать картину частному лицу. Таким образом, в настоящее время картина, по всей вероятности, находится за пределами страны. Поскольку полотно хорошо известно, оно скорее всего окажется в Швейцарии, где закон защищает добросовестно совершенные сделки. Если покупатель утверждает, что он законно приобрел произведение искусства, швейцарское правительство позволяет владеть им, даже если известно, что оно краденое.
Рекомендации: поскольку нет конкретных доказательств вины Романо, нашему клиенту следует выплатить страховую премию. Далее – нет смысла преследовать Трейси Уитни и требовать возвращения полотна или возмещения убытков, поскольку о полотне ей ничего не известно, и я не обнаружил у нее каких-либо существенных средств. К тому же в течение пятнадцати лет она будет находиться в заключении в женском исправительном заведении Южной Луизианы.
VI. Взрослая жизнь и настоящее:
На данный момент Пьюру Методу 56 лет. В связи с особенностями его организма, в возрасте 50 лет он перенес несколько операций на глаза – но ввиду врожденной катаракты которая стала стремительно развиваться, в итоге диагноз – гиперморфная катаракта- хрусталик разбух, вызвал повышение внутриглазного давления и вторичную глаукому. Глаза стали молочно-мутными, зрение практически пропало. Пьюру пришлось выйти на пенсию. Он так же как и раньше посещает закрытые садо-мазо вечеринки, с помощью женщины из этого же клуба. Она сжалилась над бедным уродцем и помогает ему по хозяйству, а так же ночами наносит грим клоуна. Пьюр Метод больше не может резать тела других, но представляет как его руки двигаются в такт с другими нанося порезы и разрезая кожу. При очень очень ярком освящении Пьюр все еще может рассматривать свои скальпели, которые напоминают ему о были временах, а так же позволяет покупать их у других, пополняя коллекцию, которую никогда не увидит ни одна живая душа.
VII. Итоги биографии:
1. Pure Metod может носить маску из-за шрамов на лице в гос. структуре (исключение: Government) (обязательна пометка в мед. карте и одобрение лидера).
2. Pure Metod может может иметь белые линзы из-за заболевания "гиперморфная катаракта". (обязательна пометка в мед. карте) [уникальный итог].
3. Pure Metod может носить грим в гос. структуре максимально похожий на шрамы (№46) (при исполнении грим полностью должен быть скрыт маской, итог работает с одобрения лидера фракции, обязательна пометка в мед. карте).
4. Pure Metod может коллекционировать оружие.
Пьюр Метод работал сыщиком в крупной страховой компании и расследовал многочисленные попытки бедолаг обмануть страховую. Как то раз его отправили в новый Орлеан. Клиент страховой компании заявил, что женщина украла у него очень дорогую картину, очень ценную. Воровку осудили, но картину так и не нашли. Пьюр добился у начальника тюрьмы встречи с этой женщиной.
– Меня зовут Пьюр Метод, – проговорил он, когда осужденная женщина вошла в камеру переговоров. – Начальник тюрьмы позволил мне поговорить с вами.
– О чем? – подозрительно спросила Трейси.
– Я занимаюсь расследованием по поручению МАЗС – Международной ассоциации защиты страховщиков. Один из наших клиентов застраховал Ренуара, украденного у мистера Джозефа Романо.
Трейси глубоко вздохнула.
– Ничем не могу вам помочь. Я его не крала. – И повернулась к двери.
Но следующая фраза Пьюра задержала ее.
– Я знаю, – бросил он.
Трейси настороженно обернулась.
– Его никто не крал. Вас подставили, мисс Уитни.
Трейси медленно опустилась на стул.
Пьюр Метод начал заниматься этим делом три недели назад, когда в штаб-квартире МАЗС в Лос-Сантосе его вы звал в кабинет Джей-Джей Рейнолдс, его начальник.
– Пьюр, у меня для тебя задание, – начал он.
– Буду краток. – Рейнолдс не хотел распространяться, потому что Пьюр нервировал его. По правде сказать, тот раздражал многих в их конторе. Странный мужик – с причудой, так почти все о нем говорили. Пьюр Метод держался особняком. Никто не знал, где он живет, женат ли, есть ли у него дети. Он ни с кем не общался и никогда не приходил на корпоративные сборища и вечеринки. Был одиночкой, и Рейнолдс терпел его только потому, что Пьюр был настоящим гением. Бульдогом с компьютером вместо мозгов. Он один вернул больше похищенных ценностей и раскрыл больше махинаций, чем все остальные следователи их фирмы. Рейнолдс никак не мог понять этого чертова Пьюра. Одно то, что тот сидел перед ним, уставившись на него темными глазами фанатика, выводило Рейнолдса из равновесия. Он приступил к делу: – Один из клиентов нашей конторы застраховал картину на полмиллиона долларов и…
– Ренуара. Новоорлеанец. Джо Романо. Женщину по имени Трейси Уитни осудили на пятнадцать лет. Полотно так и не нашли.
«Сукин сын! – подумал Рейнолдс. – Если бы это был кто-нибудь другой, то я решил бы, что он выпендривается». А вслух пробормотал:
– Совершенно верно. Эта Уитни где-то припрятала Ренуара. Картину надо отыскать. Приступай к делу.
Пьюр повернулся и, не говоря ни слова, вышел из кабинета. Рейнолдс смотрел ему вслед и в который раз думал: «Настанет час, и я все-таки выясню, что в голове у этого мерзавца».
Пьюр миновал зал, где бок о бок трудились пятьдесят его коллег: программировали компьютеры, печатали отчеты и отвечали на телефонные звонки. Это был настоящий бедлам. Один из сотрудников бросил ему:
– Слышал, тебе поручили дело Романо. Повезло… Новый Орлеан – это…
Пьюр прошел, не ответив. Почему его никак не оставят в покое? Только это ему и нужно от них, но к нему продолжают назойливо приставать с настырными предложениями:
– Не хочешь поужинать с нами в пятницу, Пьюр?..
– Слушай, Метод, если ты не женат, мы с Сарой знаем симпатичную девчонку…
Неужели они не понимают, что его раздражает их навязчивость, что он ни в ком из них не нуждается?
– Мы только выпьем и все…
Но Пьюра было не провести: он понимал, что за невинной выпивкой последует ужин, завяжется дружба, последуют откровения, а это слишком опасно.
Пьюр жил в смертельном страхе, что кто-нибудь в конце концов разузнает о его настоящих увлечениях. Бульварные листки то и дело вытаскивают на свет божий очередной старый скандал. В таких случаях Пьюр пропадал на несколько дней. Только в такие периоды он напивался.
Если бы Пьюр Метод решился поведать о своих чувствах и делах, то на полную катушку обеспечил бы работой психиатра, но он не смел и пикнуть. Дело было в том, что Пьюр состоял в клубе анонимных мазохистов-извращенцев. Уже много много лет он и другие поехавшие собирались в загородных особняках, наносили себе на лица улыбчивый грим клоунов, а затем острыми, длинными, коллекционными скальпелями делали надрезы на телах других, а так же давали для порезов свое собственное тело. Дома в сейфе, спрятанном за стеной, Пьюр хранил свою коллекцию скальпелей – какие то были куплены лично им, какие то он просто украл во время подобных анонимных сборищ, а так же набор красок для грима. Довольно часто, вечерами, он доставал свою коллекцию и взяв в руки один из скальпелей погружался в воспоминания, что именно и как он им резал. Это была его личная психотерапия.
Новый Орлеан стал первой остановкой Пьюра Метода. Он провел в городе пять дней, после чего знал все, что ему нужно, о Джо Романо, выяснил, что тот был правой рукой одного из влиятельных глав организованной преступности в Новом Орлеане, о Гарри Поупе – продажном судье которого спонсирует мафия. Пьюр прочитал стенограмму судебного слушания по делу Трейси Уитни и ее приговор. Встретился с Отто Шмидтом – другом семьи осужденной женщины, и тот рассказал ему, что Джо Романо с бандой надули компанию Уитни, отобрав у нее бизнес, из за чего в последующем мать Трейси покончила с собой. Во время встреч Пьюр не делал никаких записей, но мог бы дословно воспроизвести любую беседу. Он был на девяносто девять процентов уверен, что Трейси Уитни – не преступница, а невинная жертва, но и один процент считал недопустимой погрешностью.
И вот теперь Пьюр рассматривал сидевшую напротив него женщину, уже на сто процентов уверенный в том, что она не имела отношения к краже картины. Он был готов писать доклад.
– Романо подставил вас, мисс Уитни. Рано или поздно он объявил бы о краже полотна. Вы просто подвернулись ему в нужный момент и стали легкой добычей.
У Трейси участился пульс. Этот человек знал, что она невиновна. И вероятно, собрал против Романо достаточно улик, чтобы ее оправдали. Он поговорит с начальником тюрьмы, и тот вытащит ее из этого кошмара. Внезапно Трейси стало трудно дышать.
– Так вы поможете мне?
– Помочь вам? – удивился Пьюр Метод.
– Ну да… добьетесь помилования или еще как-нибудь…
– Нет.
Слово хлестнуло, будто пощечина.
– Нет? Но почему? Вы же уверены, что я невиновна…
Почему все люди так глупы? Подумал Пьюр.
– Мое задание завершено.
Вернувшись в свой номер в гостинице, Пьюр сразу разделся и встал под душ. Он тер себя с головы до ног и почти полчаса орошал тело горячими как кипяток струями. Потом, вытершись и одевшись, сел писать рапорт.
Кому: Рейнолдсу Джей-Джей. Файл Y-72-830-412. От: Пьюра Метода.
Предмет: Ренуар, масло, холст.
По моему убеждению, Трейси Уитни никоим образом не замешана в краже картины. Убежден, Джо Романо за страховал полотно с тем, чтобы обманным путем получить страховую премию и перепродать картину частному лицу. Таким образом, в настоящее время картина, по всей вероятности, находится за пределами страны. Поскольку полотно хорошо известно, оно скорее всего окажется в Швейцарии, где закон защищает добросовестно совершенные сделки. Если покупатель утверждает, что он законно приобрел произведение искусства, швейцарское правительство позволяет владеть им, даже если известно, что оно краденое.
Рекомендации: поскольку нет конкретных доказательств вины Романо, нашему клиенту следует выплатить страховую премию. Далее – нет смысла преследовать Трейси Уитни и требовать возвращения полотна или возмещения убытков, поскольку о полотне ей ничего не известно, и я не обнаружил у нее каких-либо существенных средств. К тому же в течение пятнадцати лет она будет находиться в заключении в женском исправительном заведении Южной Луизианы.
VI. Взрослая жизнь и настоящее:
На данный момент Пьюру Методу 56 лет. В связи с особенностями его организма, в возрасте 50 лет он перенес несколько операций на глаза – но ввиду врожденной катаракты которая стала стремительно развиваться, в итоге диагноз – гиперморфная катаракта- хрусталик разбух, вызвал повышение внутриглазного давления и вторичную глаукому. Глаза стали молочно-мутными, зрение практически пропало. Пьюру пришлось выйти на пенсию. Он так же как и раньше посещает закрытые садо-мазо вечеринки, с помощью женщины из этого же клуба. Она сжалилась над бедным уродцем и помогает ему по хозяйству, а так же ночами наносит грим клоуна. Пьюр Метод больше не может резать тела других, но представляет как его руки двигаются в такт с другими нанося порезы и разрезая кожу. При очень очень ярком освящении Пьюр все еще может рассматривать свои скальпели, которые напоминают ему о были временах, а так же позволяет покупать их у других, пополняя коллекцию, которую никогда не увидит ни одна живая душа.
VII. Итоги биографии:
1. Pure Metod может носить маску из-за шрамов на лице в гос. структуре (исключение: Government) (обязательна пометка в мед. карте и одобрение лидера).
2. Pure Metod может может иметь белые линзы из-за заболевания "гиперморфная катаракта". (обязательна пометка в мед. карте) [уникальный итог].
3. Pure Metod может носить грим в гос. структуре максимально похожий на шрамы (№46) (при исполнении грим полностью должен быть скрыт маской, итог работает с одобрения лидера фракции, обязательна пометка в мед. карте).
4. Pure Metod может коллекционировать оружие.
Последнее редактирование:
