- Автор темы
- #1
1. Основная информация:
· Имя, Фамилия: Nikita Lineage
· Пол: Мужской
· Возраст: 36 лет
· Дата рождения: 26.01.1989
· Место рождения: Серая Зона (нейтральные воды, сектор Delta-7)
· Место жительства: Штат Los-Santos, USA
· Характер: Замкнутый, Адаптивный, Расчетливый, Наблюдательный, Недоверчивый.
· Татуировки: Отсутствуют. Против любых идентификационных примет.
2. Внешние признаки:
Рост: 185 см
· Цвет волос: Белоснежный (на основании одобренного итога "Альбинизм").
· Цвет глаз: Светло-серый. Из-за диагностированного глазного альбинизма и сопутствующей светобоязни отмечается хроническое покраснение белков глаз (гиперемия конъюнктивы), выраженное воспаление век (блефарит) и привычное защитное прищуривание.
· Телосложение: Астеническое, жилистое.
· Особенности: Кожные покровы депигментированы, молочно-белого цвета, не способны к загару. Имеются множественные участки солнечных ожогов и актинического кератоза на открытых участках (лицо, шея, кисти рук) в анамнезе. Движения осознанно сдержанные, минимизированные.
3. Родители:
Отец: Логан Линейдж (1960 - 2011) Логан был инженером-навигатором на большом грузовом судне под либерийским флагом. Корабль занимался "серыми" перевозками — не нарушая международные законы напрямую, он часто находился в правовых зыбучих песках: перевозка спорных грузов, работа с офшорными компаниями, длительные стоянки в нейтральных водах. Логан был человеком фактов и карт, верил лишь в то, что можно измерить и нанести на координатную сетку. Логан был не романтиком, а суровым морским волком. Фамилию Lineage он выдумал не из высоких побуждений, а из чисто практических соображений. Устав от вопросов в портах про "ребёнка без бумаг", он вписал в судовой журнал и справки именно её. "Пусть будет хоть какое-то наследие, а не пустое место", — бросал он в ответ на немые вопросы жены. Его смерть была такой же будничной и жестокой, как и вся его жизнь. Во время шторма оторвало люк трюма, и ему поручили его закрепить. Его не смыло волной в романтическом порыве — шлюпку, в которой он работал, накрыло бортом развернувшегося судна. Тело искать не стали — некогда, рейс сорвался. О нём просто перестали говорить.
Мать: Элеонора "Нора" Смит (1968 - н.в.) Нора была медсестрой с неудачной судьбой, сбежавшей из небольшого британского городка от долгов и преследований бывшего мужа. Она нанялась судовым врачом на корабль Логана, найдя в этом побег от прошлой жизни. Элеонора была полной противоположностью Логана — суеверной, творческой, видевшей знаки в полете чаек и форме облаков. Рождение сына-альбиноса она восприняла не как трагедию, а как знак свыше. Она считала Никиту "дитем двух стихий" — не принадлежащим ни земле, ни морю, заново рожденным существом, лишенным грехов прошлого. Именно она дала ему имя Никита (Победитель), веря, что его необычность — это сила, а не слабость. После гибели Логана и взросления Никиты, она сошла на берег в одном из портов Юго-Восточной Азии, найдя работу в клинике для моряков. Она до сих пор изредка выходит на связь с сыном зашифрованными сообщениями, веря в его особую судьбу.
4. Детство:
Детство Никиты прошло в металлических громадах танкеров и грузовых судов, в вечном гуле двигателей и запахе солярки, смешанным с соленой морской водой. Его мир был ограничен палубой, каютами и бескрайним, враждебным ему океаном. Солнце было его главным врагом с самого сознательного возраста. В то время как другие дети учились плавать, он учился рассчитывать время безопасного нахождения на палубе: не более 15 минут в утренние часы и не более 5 — после полудня. Его кожа облезала и покрывалась волдырями даже от рассеянного через облака света. Мать мазала его густым слоем самодельного крема из цинка и вазелина, а отец сконструировал для него специальные затемненные очки из подручных средств. Другие моряки с суеверным страхом поглядывали на "белого ребенка", шепчась за его спиной. Он рос в изоляции, его единственными друзьями были книги по навигации отца и мамины рассказы о мифических существах. Его главным навыком, усвоенным с детства, стало искусство оставаться незамеченным, сливаться с тенями трюмов, прятаться в самых неожиданных местах корабля. Он научился видеть в темноте так, как другие видят при свете, и его слух стал невероятно острым, улавливая шаги по вибрации металлических палуб. Его необычные глаза, их болезненная реакция на свет и постоянное покраснение были прямым следствием врожденного альбинизма, а не простой усталости.
5. Образование:
Формального образования Никита не получил. Его университетами были капитанский мостик, радиорубка и машинное отделение. Отец учил его навигации, чтению карт, астрономии и механике. Он понимал, что сыну с его особенностью не выжить физическим трудом, и сделал ставку на интеллект. Никита научился с закрытыми глазами разбирать и собирать судовую радиоаппаратуру, внемля каждому щелчку и шипению эфира. Он изучил основы криптографии, чтобы общаться с матерью, и английский, немецкий и малайский языки из общения с интернациональной командой. Его "выпускным экзаменом" стала череда событий после смерти отца. В 16 лет он оказался на берегу в чужой стране практически без средств. Его знания и навыки стали его валютой. Он подделывал судовые документы, взламывал портовые сети для получения информации о грузах, был "тенью" на переговорах контрабандистов, оставаясь невидимым в затемненных углах баров. Его альбинизм, вызывавший сначала насмешки, стал его визитной карточкой в подполье — его невозможно было спутать с кем-либо другим, а его слепота к условностям и феноменальная память делали его ценным, хотя и крайне странным специалистом. В этот период он окончательно осознал, что его оружие — не мускулы, а информация, и его броня — не кожа, а тьма.
6. Взрослая жизнь:
К тридцати годам Никита стал призраком, курсирующим между портами всего мира. Его репутация "белого призрака" или "альбатроса" (как его называли за белизну и связь с морем) открывала ему одни двери и наглухо закрывала другие. Он нажил себе врагов среди тех, кого он обошел своим умом, и приобрел сомнительных покровителей, ценящих его уникальные таланты. Однако с годами нагрузка на глаза стала критической, в связи с чем роговица глаз приобрела красный цвет. Постоянное воспаление, светобоязнь и риск развития катаракты заставили его искать более стабильное и… темное место. Выбор пал на Лос-Сантос — город, который никогда не спит, но где в его ночных клубах, подземных парковках и затемненных складах можно было найти вечный полумрак. Перебравшись в город, он сначала занимался тем, что знал лучше всего: был "теневым" логистом, информационным брокером, посредником в сделках, которые лучше всего совершать при выключенном свете. Никита быстро смекнул, что его внешность — отличный способ давить на психику. Люди в сделках, видя его красные, слезящиеся глаза за стёклами очков, нервничали. Им казалось, что он видит их насквозь, что он не совсем человек. Никита эту игру поддерживал — говорил мало, смотрел не мигая, заставляя оппонентов самих себя заговаривать и сбиваться. Солнце для него так и осталось пыткой. Каждый его дневной выход был похож на подготовку к спецоперации: рассчитать маршрут по тенистым переулкам, найти укрытие на случай, если задержится, натянуть на себя всё, что только можно, хоть в июльскую жару. Ночь стала его единственным настоящим временем, когда он мог дышать почти полной грудью.
7. Настоящее время:
Сейчас Nikita Lineage — это призрак, обитающий в бетонных джунглях Лос-Сантоса. Он живет в квартире с тонированными окнами и искусственным освещением. Прежде чем выйти, он тратит до получаса на ритуал защиты: специальный крем с максимальной степенью SPF, плотная одежда, закрывающая все участки тела, и, конечно, темные очки, не всегда, по желанию. Его главная цель — найти свое место в иерархии города, используя свой уникальный опыт "серой зоны" и навыки обработки информации. Прямых конфликтов Никита избегает как огня— физически он слишком уязвим. Его конёк — тихие угрозы, намёки, искусно подброшенная информация, которая рушит чужие альянсы. Он не ищет славы, он ищет крышу — того, кто сможет оценить его ум и дать ему возможность работать в тени, в обмен на результаты. Его альбинизм — это его клеймо, его больное место и его главный козырь одновременно. Годы в Лос-Сантоса кое-чему научили его кожу — она уже не сходит хлопьями после пяти минут на солнце, а просто покрывается красными, зудящими пятнами. Но старые ожоги никуда не делись, они навсегда остались шрамами-напоминаниями на его шее и скулах.
Больница оказалась для Никиты тем редким местом, где он мог хоть немного расслабиться. Вечный искусственный свет и прохлада кондиционеров других сводили с ума, а ему были только в радость. Поначалу коллеги-медики шарахались от его бледности и воспаленных глаз, старались лишний раз не пересекаться. Но со временем все привыкли, а его способность без устали корпеть над бумагами в тихой комнате без окон и вовсе стали ценить. Так его главная слабость неожиданно превратилась в рабочее преимущество — пока другие бегали на перекуры под солнце, он безропотно закрывал кипы документации. Его главный ритуал — нанесение солнцезащитного крема утром перед сменой — стал такой же привычной рутиной, как чашка кофе. Он научился перемещаться по городу короткими перебежками от здания к зданию, всегда имея при себе складной зонт-трость на случай непредвиденной необходимости выйти на открытое солнце. Эта жизнь в режиме постоянной предосторожности окончательно отточила его природную наблюдательность и превратила его в идеального стратега, способного просчитывать риски там, где другие их не видят. А глаза... Глаза так и не простили ему прошлого. Краснота и воспаление стали хроническими, постоянный спутник, от которого не спастись ни ночью, ни в помещении.
9. Итоги:
1. Итог: "Альбинизм".· Имя, Фамилия: Nikita Lineage
· Пол: Мужской
· Возраст: 36 лет
· Дата рождения: 26.01.1989
· Место рождения: Серая Зона (нейтральные воды, сектор Delta-7)
· Место жительства: Штат Los-Santos, USA
· Характер: Замкнутый, Адаптивный, Расчетливый, Наблюдательный, Недоверчивый.
· Татуировки: Отсутствуют. Против любых идентификационных примет.
2. Внешние признаки:
Рост: 185 см
· Цвет волос: Белоснежный (на основании одобренного итога "Альбинизм").
· Цвет глаз: Светло-серый. Из-за диагностированного глазного альбинизма и сопутствующей светобоязни отмечается хроническое покраснение белков глаз (гиперемия конъюнктивы), выраженное воспаление век (блефарит) и привычное защитное прищуривание.
· Телосложение: Астеническое, жилистое.
· Особенности: Кожные покровы депигментированы, молочно-белого цвета, не способны к загару. Имеются множественные участки солнечных ожогов и актинического кератоза на открытых участках (лицо, шея, кисти рук) в анамнезе. Движения осознанно сдержанные, минимизированные.
3. Родители:
Отец: Логан Линейдж (1960 - 2011) Логан был инженером-навигатором на большом грузовом судне под либерийским флагом. Корабль занимался "серыми" перевозками — не нарушая международные законы напрямую, он часто находился в правовых зыбучих песках: перевозка спорных грузов, работа с офшорными компаниями, длительные стоянки в нейтральных водах. Логан был человеком фактов и карт, верил лишь в то, что можно измерить и нанести на координатную сетку. Логан был не романтиком, а суровым морским волком. Фамилию Lineage он выдумал не из высоких побуждений, а из чисто практических соображений. Устав от вопросов в портах про "ребёнка без бумаг", он вписал в судовой журнал и справки именно её. "Пусть будет хоть какое-то наследие, а не пустое место", — бросал он в ответ на немые вопросы жены. Его смерть была такой же будничной и жестокой, как и вся его жизнь. Во время шторма оторвало люк трюма, и ему поручили его закрепить. Его не смыло волной в романтическом порыве — шлюпку, в которой он работал, накрыло бортом развернувшегося судна. Тело искать не стали — некогда, рейс сорвался. О нём просто перестали говорить.
Мать: Элеонора "Нора" Смит (1968 - н.в.) Нора была медсестрой с неудачной судьбой, сбежавшей из небольшого британского городка от долгов и преследований бывшего мужа. Она нанялась судовым врачом на корабль Логана, найдя в этом побег от прошлой жизни. Элеонора была полной противоположностью Логана — суеверной, творческой, видевшей знаки в полете чаек и форме облаков. Рождение сына-альбиноса она восприняла не как трагедию, а как знак свыше. Она считала Никиту "дитем двух стихий" — не принадлежащим ни земле, ни морю, заново рожденным существом, лишенным грехов прошлого. Именно она дала ему имя Никита (Победитель), веря, что его необычность — это сила, а не слабость. После гибели Логана и взросления Никиты, она сошла на берег в одном из портов Юго-Восточной Азии, найдя работу в клинике для моряков. Она до сих пор изредка выходит на связь с сыном зашифрованными сообщениями, веря в его особую судьбу.
4. Детство:
Детство Никиты прошло в металлических громадах танкеров и грузовых судов, в вечном гуле двигателей и запахе солярки, смешанным с соленой морской водой. Его мир был ограничен палубой, каютами и бескрайним, враждебным ему океаном. Солнце было его главным врагом с самого сознательного возраста. В то время как другие дети учились плавать, он учился рассчитывать время безопасного нахождения на палубе: не более 15 минут в утренние часы и не более 5 — после полудня. Его кожа облезала и покрывалась волдырями даже от рассеянного через облака света. Мать мазала его густым слоем самодельного крема из цинка и вазелина, а отец сконструировал для него специальные затемненные очки из подручных средств. Другие моряки с суеверным страхом поглядывали на "белого ребенка", шепчась за его спиной. Он рос в изоляции, его единственными друзьями были книги по навигации отца и мамины рассказы о мифических существах. Его главным навыком, усвоенным с детства, стало искусство оставаться незамеченным, сливаться с тенями трюмов, прятаться в самых неожиданных местах корабля. Он научился видеть в темноте так, как другие видят при свете, и его слух стал невероятно острым, улавливая шаги по вибрации металлических палуб. Его необычные глаза, их болезненная реакция на свет и постоянное покраснение были прямым следствием врожденного альбинизма, а не простой усталости.
5. Образование:
Формального образования Никита не получил. Его университетами были капитанский мостик, радиорубка и машинное отделение. Отец учил его навигации, чтению карт, астрономии и механике. Он понимал, что сыну с его особенностью не выжить физическим трудом, и сделал ставку на интеллект. Никита научился с закрытыми глазами разбирать и собирать судовую радиоаппаратуру, внемля каждому щелчку и шипению эфира. Он изучил основы криптографии, чтобы общаться с матерью, и английский, немецкий и малайский языки из общения с интернациональной командой. Его "выпускным экзаменом" стала череда событий после смерти отца. В 16 лет он оказался на берегу в чужой стране практически без средств. Его знания и навыки стали его валютой. Он подделывал судовые документы, взламывал портовые сети для получения информации о грузах, был "тенью" на переговорах контрабандистов, оставаясь невидимым в затемненных углах баров. Его альбинизм, вызывавший сначала насмешки, стал его визитной карточкой в подполье — его невозможно было спутать с кем-либо другим, а его слепота к условностям и феноменальная память делали его ценным, хотя и крайне странным специалистом. В этот период он окончательно осознал, что его оружие — не мускулы, а информация, и его броня — не кожа, а тьма.
6. Взрослая жизнь:
К тридцати годам Никита стал призраком, курсирующим между портами всего мира. Его репутация "белого призрака" или "альбатроса" (как его называли за белизну и связь с морем) открывала ему одни двери и наглухо закрывала другие. Он нажил себе врагов среди тех, кого он обошел своим умом, и приобрел сомнительных покровителей, ценящих его уникальные таланты. Однако с годами нагрузка на глаза стала критической, в связи с чем роговица глаз приобрела красный цвет. Постоянное воспаление, светобоязнь и риск развития катаракты заставили его искать более стабильное и… темное место. Выбор пал на Лос-Сантос — город, который никогда не спит, но где в его ночных клубах, подземных парковках и затемненных складах можно было найти вечный полумрак. Перебравшись в город, он сначала занимался тем, что знал лучше всего: был "теневым" логистом, информационным брокером, посредником в сделках, которые лучше всего совершать при выключенном свете. Никита быстро смекнул, что его внешность — отличный способ давить на психику. Люди в сделках, видя его красные, слезящиеся глаза за стёклами очков, нервничали. Им казалось, что он видит их насквозь, что он не совсем человек. Никита эту игру поддерживал — говорил мало, смотрел не мигая, заставляя оппонентов самих себя заговаривать и сбиваться. Солнце для него так и осталось пыткой. Каждый его дневной выход был похож на подготовку к спецоперации: рассчитать маршрут по тенистым переулкам, найти укрытие на случай, если задержится, натянуть на себя всё, что только можно, хоть в июльскую жару. Ночь стала его единственным настоящим временем, когда он мог дышать почти полной грудью.
7. Настоящее время:
Сейчас Nikita Lineage — это призрак, обитающий в бетонных джунглях Лос-Сантоса. Он живет в квартире с тонированными окнами и искусственным освещением. Прежде чем выйти, он тратит до получаса на ритуал защиты: специальный крем с максимальной степенью SPF, плотная одежда, закрывающая все участки тела, и, конечно, темные очки, не всегда, по желанию. Его главная цель — найти свое место в иерархии города, используя свой уникальный опыт "серой зоны" и навыки обработки информации. Прямых конфликтов Никита избегает как огня— физически он слишком уязвим. Его конёк — тихие угрозы, намёки, искусно подброшенная информация, которая рушит чужие альянсы. Он не ищет славы, он ищет крышу — того, кто сможет оценить его ум и дать ему возможность работать в тени, в обмен на результаты. Его альбинизм — это его клеймо, его больное место и его главный козырь одновременно. Годы в Лос-Сантоса кое-чему научили его кожу — она уже не сходит хлопьями после пяти минут на солнце, а просто покрывается красными, зудящими пятнами. Но старые ожоги никуда не делись, они навсегда остались шрамами-напоминаниями на его шее и скулах.
Больница оказалась для Никиты тем редким местом, где он мог хоть немного расслабиться. Вечный искусственный свет и прохлада кондиционеров других сводили с ума, а ему были только в радость. Поначалу коллеги-медики шарахались от его бледности и воспаленных глаз, старались лишний раз не пересекаться. Но со временем все привыкли, а его способность без устали корпеть над бумагами в тихой комнате без окон и вовсе стали ценить. Так его главная слабость неожиданно превратилась в рабочее преимущество — пока другие бегали на перекуры под солнце, он безропотно закрывал кипы документации. Его главный ритуал — нанесение солнцезащитного крема утром перед сменой — стал такой же привычной рутиной, как чашка кофе. Он научился перемещаться по городу короткими перебежками от здания к зданию, всегда имея при себе складной зонт-трость на случай непредвиденной необходимости выйти на открытое солнце. Эта жизнь в режиме постоянной предосторожности окончательно отточила его природную наблюдательность и превратила его в идеального стратега, способного просчитывать риски там, где другие их не видят. А глаза... Глаза так и не простили ему прошлого. Краснота и воспаление стали хроническими, постоянный спутник, от которого не спастись ни ночью, ни в помещении.
9. Итоги:
- Данный итог дает возможность иметь белый цвет волос, находясь в государственной структуре. При этом у вас должна быть записка с печатью/пометка в медицинской карте.
