- Автор темы
- #1
Имя, фамилия: Heizan Revise
Возраст и дата рождения: 27.12.1957 66 лет
Личное фото:
пол: мужской.
Описание внешнего вида Вашего персонажа: Рост - 185, Вес - 89, Мускулистое телосложение, волосы седые, линз и грим не носит, на теле у него есть татуировки (ноги, шея)
Родители:
Мама часто отсутствовала, так как она была знаменитой фигуристкой родом из Мексики. Она родилась в незнакомой для него стране. И никогда не рассказывала о ней. Возможно, потому что плохо запомнила, но Мексиканскому языку, она учила его с детства, объясняла традиции и культуру. О своём настоящем отце он знал только одно – он мёртв. Никогда его не видел. Не слышал его имени.
Из маминых личных дневников, которые он прочёл, когда вырос, смог понять, что был сыном любовника мамы. Отчим узнав, что у его жены, есть кто-то ещё убил его, а её вернул к себе в дом. Тогда уже Дони и Мари было по пять лет. Мама их так и не смогла полюбить. Они слишком были похожи на её мужа. Не зная, что отчим сделал ей, но каждый взгляд, направленный на него и старших детей, был наполнен отвращением.
Отчим никогда не смотрел ему в глаза, так что я не помнил их цвет. Волосы были рыжими, он был родом из Турции. Холодный, скупой на эмоции, работал директором по финансам в крупной компании, обеспечивая всю семью. Его уважали из страха, а вдобавок он умел манипулировать людьми. Брал всё, что захотел.
Появление первых детей его смягчило, а вот появление Хейзана добавило ему нервный тик, который обострялся в его присутствии, и он начинал заикаться.
Детство:
мама Хейзана любила часто повторять: «Heizan не плачь, когда ты вырастишь, мы им отомстим».
Боль во всём теле от ударов двух сводных, старших братьев близнецов не проходила всё его детство, потому что они любили отрабатывать на Хейзане, выученные приёмы из боксёрского клуба - каждый день.
Его же мама в шесть лет отдала в местный клуб по биатлону. Тогда он ещё не понимал, почему вместо, того, чтобы учиться себя защищать, должен был ездить на лыжах и стрелять из винтовки. Как бы Хейзану это не казалось странным, но биатлон укрепил его, сделал сильнее, увереннее в себе и к десяти годам, он стал отвечать братьям близнецам. Всегда один против двух. Один против всех. Он чувствовал себя изгоем дома, в школе, в клубе по биатлону. У него была только мама и слова про месть. Значение, которых он смог понять не сразу.
В те первые дни, когда он стал отвечать на удары не молчаливым бессилием, а криками и размахами руками, удары его членов семьи стали жёстче. Возможно, от удивления или предчувствия, что теперь с ним так легко не справится, противники в виде моих братьев Дони и Мари
стали агрессивнее. Хейзану сломали нос. Отзвук хруста сломанной кости зазвенел в ушах, а боль пришла чуть позже. Братья замерли, транслируя на лицах удивление в ожидании дальнейших событий. В комнату вошёл отчим. Он быстро оценил ситуацию.
-Дони и Мари что же вы наделали с него хватит на сегодня.
Его тон пугал Хейзана больше всего. Настолько, что он перестал чувствовать боль. Мама была не в штате, и должна была вернуться через пару недель. Он не мог спросить у неё, желание отомстить или что-то другое проснулось в Хейзане в тот день.
Братья, убедившись, что их не ждёт наказание за перелом, стали грубее.
Образование:
Привыкший, сражаться сразу с двумя, закалённый постоянными тренировками, как ни странно, он рос не забитым парнем, а довольно статным, высоким и сильным. Он учился в средней школе, а братья уже в старшей, так что здесь он не перисекался.
В какой-то момент его начинали замечать девушки, его сломанный нос, сделал Хейзана симпатичнее. Одноклассники в виде парней ревновали и не любили его. Да, и за что его любить. Привычка держаться одному с детства осталась. «Один против всех», - мысль, которая чётко закрепилась в его голове и пронеслась сквозь все школьные года. Мысль, которая материализовалась и транслировалась всем. Против его объединялись, но он привык и не боялся.
От внимания девушек он стал гордым, намеренно провоцируя и раздражая парней. Из-за строгой дисциплины дома, на тренировках. Развлекаться можно было только в школе, поэтому из доступного ему веселья было выбешивание учеников. В какой-то момент их терпение лопнуло. Против Хейзана вышли все парни школы. Его словили, избили и привели к школьным воротам, из которых выходили девушки. Он выглядел жалко.
- вставай на колени и проси прощения! – Крикнул ему лидер объединения против Хеизан.
Девушки шептались и хихикали. Видимо, выглядел он действительно жалко. Но как бы ты не был силён, победить толпу не удастся. Его приятный имидж среди женского пола таял на глазах.
- Тебе ещё раз повторить? На колени! И скажи, что ты ничтожество! Давай быстрее. - кричал однокласник
Его подняли с земли и поставили. У него кружилась голова. Его нежелание опускаться на колени, стало их подбешивать. Его били. Поднимали. Было действительно больно. Становилось даже страшно. Умирать не хотелось. ему казалось, что это не закончится. Давление усиливалось. Он встал на колени.
- Я ничтожество… (сказал Хейзан)
Бам…от него расступаются, все смеются. он видет вокруг телефонные камеры. Ему на голову выливает ведро с чем-то отвратительным. Взгляды полны издёвок. Отвратительно. Это было настолько мерзко и после никто с ним не говорил, девушки смотрели, шушукались, смеялись. Видео, фотографии разошлись по всей школе. Школьная жизнь стала чем-то отвратительным. Он осознал чётко и ясно, что лучше умереть, чем снова это пережить. Настолько эмоционально, унизительным для него было то событие и последующие. После того случая, больше никто не мог его заставить прогнуться, хотя пытались часто, но он просто терпел избиения, ненависть, агрессию и отключался, когда уже не оставалось сил.
Поворотный момент:
Его сводные братья каждый день крутили по телевизору видео с его унижением на протяжении года. Мама никак не могла повлиять, потому что избегала Дони и Мари. Отчим улыбался.
Он чётко помнил, что на дворе был май, братья пробрались среди ночи к нему в комнату, начали дразнить. Включать видео и пытаться поставить меня на колени снова. Они снимали Хейзана. В те дни он плохо спал, и его преследовали галлюцинации, потому что они уже неделю повторяли этот трюк. В такие моменты мозг не выдерживает. Он бьётся внутри в истерике, разрываемый внутренними комплексами, негативными чувствами. Обычно, когда ему было плохо, помогали занятия биатлоном. Ты дышишь, едешь по трассе, а потом щелчок и стреляешь.
И он выстрелил…
Под кроватью лежала припрятанная винтовка, купленная мамой. Она часто доставала её, улыбалась и давала мне в руки. Он не придавал этому значения. Пока не выстрелил…
Бах…затем ещё выстрел…бах…
Из лбов братьев стекает струйка крови, они с застывшими ухмылками падают на пол. Первой в комнату вбежала мама: «Ты отомстил, я горжусь тобой», - она будто репетировала эту фразу, так чётко и ясно звучали её слова.
Отчим влетел с криком: «Что случилось?». Когда он оценил картину, то впервые посмотрел на меня. Взгляд стал удивленным.
- Ты…ты! Выглядишь точно также как он, - заикание пропало, взгляд метнулся в сторону.
В углу стояла мама со странной, застывшей улыбкой. Она так сильно хотела причинить боль мужу, который убил любовника, так сильно ненавидела всё в нём, даже собственных детей от него. Теперь они мертвы, такие же рыжие, точные две копии отчима. Но! Это всё же и её дети. Одновременно с улыбкой, на лице стали появляться слёзы, смех, крик - всё смешалось. Издавая странные звуки, она вышла. Стало потише, но затем звуки усилились. Мама возвращалась. В руках у неё был нож.
- Прости меня, - она посмотрела на Хейзана и начала размахивать ножом, пытаясь проткнуть его им.
Отчим упал на колени и зарыдал. Хейхан отвлёкся. Нож прошёл сквозь обе щеки и застрял там. Мама в истерикe не сдавалась, дёрнула сильнее. Кожа порвалась как тряпки. Было очень больно. Перед ещё одним ударом, который был бы смертельным, её остановил отчим.
— Это сделала ты, - он тихо прошептал, схватил её за волосы и утащил из комнаты.
Хейзан упал, а когда очнулся лежал уже в больнице.
Настоящее время:
Хейзана отправили на лечение в больницу Лос-Сантоса. Но даже там лучшие пластические хирурги не могли исправить Его уродство. Он постоянно наносил на лицо грим, но даже он не мог справиться. А терпеть взгляд на своём лице, ему было сложно. Он вообще больше не любил смотреть другим в глаза и когда смотрели на него. Единственным вариантом спрятать его уродство была маска, которую после устройства на работу в Мексиканский дом искусств он носил постоянно. Она стала его второй кожей, и только на лице с ней он не сходил сума. И всё так же спокойно в своём сознании ехал на лыжах, чтобы сделать очередной точный выстрел.
Итоги:
Из-за нанесённого ущерба его же собственной матерью. У него множественные травмы кожи лица, которые не подлежат восстановлению. Он прячет лицо под маской постоянно. (Возможность носить маску, пометка в мед карте).
Возраст и дата рождения: 27.12.1957 66 лет
Личное фото:
пол: мужской.
Описание внешнего вида Вашего персонажа: Рост - 185, Вес - 89, Мускулистое телосложение, волосы седые, линз и грим не носит, на теле у него есть татуировки (ноги, шея)
Родители:
Мама часто отсутствовала, так как она была знаменитой фигуристкой родом из Мексики. Она родилась в незнакомой для него стране. И никогда не рассказывала о ней. Возможно, потому что плохо запомнила, но Мексиканскому языку, она учила его с детства, объясняла традиции и культуру. О своём настоящем отце он знал только одно – он мёртв. Никогда его не видел. Не слышал его имени.
Из маминых личных дневников, которые он прочёл, когда вырос, смог понять, что был сыном любовника мамы. Отчим узнав, что у его жены, есть кто-то ещё убил его, а её вернул к себе в дом. Тогда уже Дони и Мари было по пять лет. Мама их так и не смогла полюбить. Они слишком были похожи на её мужа. Не зная, что отчим сделал ей, но каждый взгляд, направленный на него и старших детей, был наполнен отвращением.
Отчим никогда не смотрел ему в глаза, так что я не помнил их цвет. Волосы были рыжими, он был родом из Турции. Холодный, скупой на эмоции, работал директором по финансам в крупной компании, обеспечивая всю семью. Его уважали из страха, а вдобавок он умел манипулировать людьми. Брал всё, что захотел.
Появление первых детей его смягчило, а вот появление Хейзана добавило ему нервный тик, который обострялся в его присутствии, и он начинал заикаться.
Детство:
мама Хейзана любила часто повторять: «Heizan не плачь, когда ты вырастишь, мы им отомстим».
Боль во всём теле от ударов двух сводных, старших братьев близнецов не проходила всё его детство, потому что они любили отрабатывать на Хейзане, выученные приёмы из боксёрского клуба - каждый день.
Его же мама в шесть лет отдала в местный клуб по биатлону. Тогда он ещё не понимал, почему вместо, того, чтобы учиться себя защищать, должен был ездить на лыжах и стрелять из винтовки. Как бы Хейзану это не казалось странным, но биатлон укрепил его, сделал сильнее, увереннее в себе и к десяти годам, он стал отвечать братьям близнецам. Всегда один против двух. Один против всех. Он чувствовал себя изгоем дома, в школе, в клубе по биатлону. У него была только мама и слова про месть. Значение, которых он смог понять не сразу.
В те первые дни, когда он стал отвечать на удары не молчаливым бессилием, а криками и размахами руками, удары его членов семьи стали жёстче. Возможно, от удивления или предчувствия, что теперь с ним так легко не справится, противники в виде моих братьев Дони и Мари
стали агрессивнее. Хейзану сломали нос. Отзвук хруста сломанной кости зазвенел в ушах, а боль пришла чуть позже. Братья замерли, транслируя на лицах удивление в ожидании дальнейших событий. В комнату вошёл отчим. Он быстро оценил ситуацию.
-Дони и Мари что же вы наделали с него хватит на сегодня.
Его тон пугал Хейзана больше всего. Настолько, что он перестал чувствовать боль. Мама была не в штате, и должна была вернуться через пару недель. Он не мог спросить у неё, желание отомстить или что-то другое проснулось в Хейзане в тот день.
Братья, убедившись, что их не ждёт наказание за перелом, стали грубее.
Образование:
Привыкший, сражаться сразу с двумя, закалённый постоянными тренировками, как ни странно, он рос не забитым парнем, а довольно статным, высоким и сильным. Он учился в средней школе, а братья уже в старшей, так что здесь он не перисекался.
В какой-то момент его начинали замечать девушки, его сломанный нос, сделал Хейзана симпатичнее. Одноклассники в виде парней ревновали и не любили его. Да, и за что его любить. Привычка держаться одному с детства осталась. «Один против всех», - мысль, которая чётко закрепилась в его голове и пронеслась сквозь все школьные года. Мысль, которая материализовалась и транслировалась всем. Против его объединялись, но он привык и не боялся.
От внимания девушек он стал гордым, намеренно провоцируя и раздражая парней. Из-за строгой дисциплины дома, на тренировках. Развлекаться можно было только в школе, поэтому из доступного ему веселья было выбешивание учеников. В какой-то момент их терпение лопнуло. Против Хейзана вышли все парни школы. Его словили, избили и привели к школьным воротам, из которых выходили девушки. Он выглядел жалко.
- вставай на колени и проси прощения! – Крикнул ему лидер объединения против Хеизан.
Девушки шептались и хихикали. Видимо, выглядел он действительно жалко. Но как бы ты не был силён, победить толпу не удастся. Его приятный имидж среди женского пола таял на глазах.
- Тебе ещё раз повторить? На колени! И скажи, что ты ничтожество! Давай быстрее. - кричал однокласник
Его подняли с земли и поставили. У него кружилась голова. Его нежелание опускаться на колени, стало их подбешивать. Его били. Поднимали. Было действительно больно. Становилось даже страшно. Умирать не хотелось. ему казалось, что это не закончится. Давление усиливалось. Он встал на колени.
- Я ничтожество… (сказал Хейзан)
Бам…от него расступаются, все смеются. он видет вокруг телефонные камеры. Ему на голову выливает ведро с чем-то отвратительным. Взгляды полны издёвок. Отвратительно. Это было настолько мерзко и после никто с ним не говорил, девушки смотрели, шушукались, смеялись. Видео, фотографии разошлись по всей школе. Школьная жизнь стала чем-то отвратительным. Он осознал чётко и ясно, что лучше умереть, чем снова это пережить. Настолько эмоционально, унизительным для него было то событие и последующие. После того случая, больше никто не мог его заставить прогнуться, хотя пытались часто, но он просто терпел избиения, ненависть, агрессию и отключался, когда уже не оставалось сил.
Поворотный момент:
Его сводные братья каждый день крутили по телевизору видео с его унижением на протяжении года. Мама никак не могла повлиять, потому что избегала Дони и Мари. Отчим улыбался.
Он чётко помнил, что на дворе был май, братья пробрались среди ночи к нему в комнату, начали дразнить. Включать видео и пытаться поставить меня на колени снова. Они снимали Хейзана. В те дни он плохо спал, и его преследовали галлюцинации, потому что они уже неделю повторяли этот трюк. В такие моменты мозг не выдерживает. Он бьётся внутри в истерике, разрываемый внутренними комплексами, негативными чувствами. Обычно, когда ему было плохо, помогали занятия биатлоном. Ты дышишь, едешь по трассе, а потом щелчок и стреляешь.
И он выстрелил…
Под кроватью лежала припрятанная винтовка, купленная мамой. Она часто доставала её, улыбалась и давала мне в руки. Он не придавал этому значения. Пока не выстрелил…
Бах…затем ещё выстрел…бах…
Из лбов братьев стекает струйка крови, они с застывшими ухмылками падают на пол. Первой в комнату вбежала мама: «Ты отомстил, я горжусь тобой», - она будто репетировала эту фразу, так чётко и ясно звучали её слова.
Отчим влетел с криком: «Что случилось?». Когда он оценил картину, то впервые посмотрел на меня. Взгляд стал удивленным.
- Ты…ты! Выглядишь точно также как он, - заикание пропало, взгляд метнулся в сторону.
В углу стояла мама со странной, застывшей улыбкой. Она так сильно хотела причинить боль мужу, который убил любовника, так сильно ненавидела всё в нём, даже собственных детей от него. Теперь они мертвы, такие же рыжие, точные две копии отчима. Но! Это всё же и её дети. Одновременно с улыбкой, на лице стали появляться слёзы, смех, крик - всё смешалось. Издавая странные звуки, она вышла. Стало потише, но затем звуки усилились. Мама возвращалась. В руках у неё был нож.
- Прости меня, - она посмотрела на Хейзана и начала размахивать ножом, пытаясь проткнуть его им.
Отчим упал на колени и зарыдал. Хейхан отвлёкся. Нож прошёл сквозь обе щеки и застрял там. Мама в истерикe не сдавалась, дёрнула сильнее. Кожа порвалась как тряпки. Было очень больно. Перед ещё одним ударом, который был бы смертельным, её остановил отчим.
— Это сделала ты, - он тихо прошептал, схватил её за волосы и утащил из комнаты.
Хейзан упал, а когда очнулся лежал уже в больнице.
Настоящее время:
Хейзана отправили на лечение в больницу Лос-Сантоса. Но даже там лучшие пластические хирурги не могли исправить Его уродство. Он постоянно наносил на лицо грим, но даже он не мог справиться. А терпеть взгляд на своём лице, ему было сложно. Он вообще больше не любил смотреть другим в глаза и когда смотрели на него. Единственным вариантом спрятать его уродство была маска, которую после устройства на работу в Мексиканский дом искусств он носил постоянно. Она стала его второй кожей, и только на лице с ней он не сходил сума. И всё так же спокойно в своём сознании ехал на лыжах, чтобы сделать очередной точный выстрел.
Итоги:
Из-за нанесённого ущерба его же собственной матерью. У него множественные травмы кожи лица, которые не подлежат восстановлению. Он прячет лицо под маской постоянно. (Возможность носить маску, пометка в мед карте).
Последнее редактирование:
