Верховный суд штата Сан-Андреас в составе Верховного судьи Akakiy Rothschild, рассмотрев обращение гражданина США Fedor Otmazkin о толковании статьи 7 главы VII (7) и статьи 3 главы XVII (17) Уголовно-административного кодекса штата Сан-Андреас,
Гражданин Fedor Otmazkin (далее — ЗАЯВИТЕЛЬ) обратился в Верховный суд штата Сан-Андреас с просьбой дать толкование положений
статьи 7 главы VII (7) и
статьи 3 главы XVII (17) Уголовно-административного кодекса штата Сан-Андреас (далее – УАК), устанавливающих ответственность за оскорбление. ЗАЯВИТЕЛЬ указывает на правовую неопределенность при квалификации грубых и эмоционально окрашенных высказываний, а также на отсутствие разъяснений о том, какой субъект уполномочен оценивать наличие или отсутствие оскорбительного характера высказывания.
Верховный суд штата Сан-Андреас разъясняет следующее.
Диспозиции
статьи 7 главы VII (7) и
статьи 3 главы XVII (17) УАК содержат идентичное определение оскорбления – негативная оценка личности либо внешности человека, его качеств, поведения, причем в форме, противоречащей установленным правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали.
Из данной диспозиции следует, что для квалификации деяния как оскорбления необходимо одновременное наличие двух обязательных элементов:
1) высказывание должно содержать негативную оценку, направленную на конкретное лицо: его личность, внешность, качества или поведение. Это означает, что высказывание должно характеризовать именно человека, а не выражать эмоциональное состояние говорящего или его отношение к ситуации в целом.
2) эта негативная оценка должна быть выражена в неприличной форме, то есть в форме, противоречащей установленным правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали.
Верховный суд штата Сан-Андреас приходит к выводу о необходимости четко разграничить указанные две статьи по признаку адресата. Для этого необходимо установить объект правонарушения. (( Краткий гайд по тому что это и как его определять можно почитать
тут. ))
Глава VII (7) УАК указывает видовым объектом правонарушения – свободу, честь и достоинство личности. Тогда как глава XVII (17) УАК устанавливает объектом правонарушения порядок управления, то есть общественные отношения, обеспечивающие нормальную реализацию государственной власти. Следовательно, лицо, совершающее деяние, предусмотренное данной главой, должно посягать именно на порядок реализации властных полномочий.
Отсюда следует, что
статья 7 главы VII (7) УАК применяется при оскорблении гражданского лица. Объект – честь и достоинство личности.
Тогда как
статья 3 главы XVII (17) УАК применяется при оскорблении сотрудника государственной структуры при исполнении им должностных обязанностей или в связи с их исполнением. Объект – порядок управления и авторитет государственной власти.
Для квалификации по
статье 3 главы XVII (17) УАК, помимо двух элементов, необходимо установить причинно-следственную связь – связь оскорбления с исполнением должностных обязанностей. В данном случае необходимо провести аналогию с
Постановлением Верховного суда штата Сан-Андреас по обращению №389 о толковании статей VI (6) главы и статей 17.1, 17.2 УАК в связи с заявлением гражданки Melori Takamori: если сотрудник находится в форменной одежде с ведомственными знаками отличия или предъявил служебное удостоверение, связь оскорбления с исполнением обязанностей презюмируется и отдельного доказывания не требует. Если же сотрудник находится в гражданской одежде и не идентифицирован как представитель власти, необходимо установить, что оскорбивший осознавал статус потерпевшего. При невозможности установить такую связь деяние необходимо квалифицировать по
статье 7 главы VII (7) как оскорбление гражданского лица.
ЗАЯВИТЕЛЬ справедливо указывает на неопределенность при оценке таких выражений, как “пошёл к черту”, “пошел к чертовой матери”, “пошел на***”. Необходимо провести четкое разграничение категорий высказываний и применимых к ним норм.
1) Квалификация по
статье 7 главы VII (7) или
статье 3 главы XVII (17) УАК. Высказывание содержит негативную оценку личности, внешности, качеств или поведения конкретного лица, выраженную в неприличной форме. Присутствуют оба обязательных элемента – негативная оценка и неприличная форма.
Примеры: “Ты уродливое ничтожество”, “ты мусор”. В каждом случае есть прямая характеристика конкретного лица, выраженная в неприличной форме.
2) Квалификация по
части 1 статьи 6 главы XII (12) УАК. Высказывание содержит обсценную лексику (нецензурную брань) и(или) неприличные высказывания, но не направлено на оценку конкретного лица.
Комментарий к части 1 статьи 6 главы XII (12) УАК прямо относит к мелкому хулиганству “употребление в речи обсценной лексики, неприличных слов и выражений”. Таким образом, использование нецензурной брани в общественном месте, даже если оно адресовано конкретному лицу, но не содержит негативной оценки его личности, качеств или поведения, квалифицируется как мелкое хулиганство, а не как оскорбление. Указанный комментарий относит к мелкому хулиганству в том числе: “громко выражаться, оскорбительно приставать к посетителям и персоналу учреждений, провоцировать конфликты”. Таким образом, даже грубые высказывания, не содержащие обсценной лексики в чистом виде, могут квалифицироваться
части 1 статьи 6 главы XII (12) УАК, если они совершены в общественном месте и выражают явное неуважение к обществу, провоцируют конфликт или носят характер оскорбительного приставания.
Примеры: “Пошёл на***”, “иди в ж***”, “пошел к черту”. Данные высказывания содержат обсценную лексику и(или) неприличные высказывания, однако не дают характеристику личности, внешности или качеств адресата. Они выражают желание прекратить общение или взаимодействие в грубой форме.
ЗАЯВИТЕЛЬ также справедливо указывает на субъективный характер восприятия высказываний: одни и те же слова могут восприниматься разными лицами по-разному. Именно поэтому разграничение не может основываться на субъективном восприятии.
Верховный суд штата Сан-Андреас устанавливает “тест” для квалификации высказываний. Правоприменитель обязан последовательно ответить на следующие вопросы:
1) содержит ли высказывание негативную оценку личности, внешности, качеств или поведения конкретного лица?
Если да – переходим ко второму вопросу.
Если нет – оскорбление исключается. Переходим к третьему вопросу.
2) выражена ли эта оценка в неприличной форме, противоречащей установленным правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали?
Если да – оскорбление (
статья 7 главы VII (7) или
статья 3 главы XVII (17) УАК в зависимости от наличия причинно-следственной связи).
Если нет – состав оскорбления не образуется (критика в корректной форме). Переходим к третьему вопросу.
3) содержит ли высказывание обсценную лексику (нецензурную брань), неприличные слова и(или) выражения и произнесено ли оно в общественном месте?
Если да – мелкое хулиганство (
часть 1 статьи 6 главы XII (12) УАК).
Если нет – состав правонарушения не образуется.
Верховный суд штата Сан-Андреас отмечает, что оценка должна производиться на основании объективного содержания высказывания и фактических обстоятельств, а не субъективного восприятия адресата. Тот факт, что адресат почувствовал себя оскорбленным, сам по себе не является достаточным основанием для квалификации деяния как оскорбления.
Например: “Маска у Вас дурацкая”. Подобное высказывание хоть и оставляет след на совести того, кто его произносит, однако оно по своей сути не образует состав правонарушения ни по
статье 7 главы VII (7), ни по
статье 3 главы XVII (17) УАК. В данном случае абсолютно не важно насколько сильно адресат почувствовал себя оскорбленным. Даже при условии проведения цепочки “дурацкая” => “носят дураки” => “меня назвали дураком”. Адресат прямо пытается натянуть оскорбление на по сути безобидное высказывание.
ЗАЯВИТЕЛЬ также просит определить, какой орган или должностное лицо уполномочены устанавливать наличие или отсутствие оскорбительного характера высказывания.
Верховный суд штата Сан-Андреас разъясняет, что лицами, уполномоченными устанавливать наличие или отсутствие оскорбительного характера высказывания являются сотрудники государственных силовых структур, Прокуратура штата Сан-Андреас, а также суды штата Сан-Андреас.
На основании изложенного, руководствуясь главой IV (4) Конституции, Судебным кодексом и иными правовыми актами, суд
1. Определить, что оскорбление по
статье 7 главы VII (7) и
статье 3 главы XVII (17) УАК образуется исключительно при одновременном наличии двух элементов: негативной оценки личности, внешности, качеств или поведения конкретного лица и неприличной формы выражения, противоречащей установленным правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали. Отсутствие любого из двух элементов исключает квалификацию деяния как оскорбления.
2. Разъяснить, что
статья 7 главы VII (7) УАК применяется при оскорблении гражданского лица;
статья 3 главы XVII (17) УАК применяется при оскорблении сотрудника государственной структуры при исполнении им должностных обязанностей или в связи с их исполнением. Для квалификации по
статье 3 главы XVII (17) УАК необходимо установить связь оскорбления с исполнением должностных обязанностей. При наличии объективных признаков идентификации сотрудника (форменная одежда с ведомственными знаками отличия, жетон, служебное удостоверение) связь презюмируется. При отсутствии таких признаков связь подлежит доказыванию. При невозможности установить связь деяние квалифицируется по
статье 7 главы VII (7) УАК.
3. Разъяснить, что грубые высказывания, содержащие обсценную лексику и (или) неприличные слова и выражения, но не содержащие негативной оценки личности адресата, не образуют состава оскорбления. При произнесении в общественном месте такие высказывания квалифицируются по
части 1 статьи 6 главы XII (12) УАК.
4. Определить, что лицами, уполномоченными устанавливать наличие или отсутствие оскорбительного характера высказывания, являются сотрудники государственных силовых структур, Прокуратура штата Сан-Андреас, а также суды штата Сан-Андреас.
5. Данное толкование обязательно для применения всеми гражданами, организациями, общественными объединениями и государственными органами без исключения. Также настоящее толкование обязаны принимать во внимание судьи штата Сан-Андреас.
6. Настоящее постановление вступает в законную силу с момента опубликования на портале штата.
